– Ну это ведь она мне мстит, – разворачивается Саня. – Ты тупой, если не видишь очевидного, Антох. Она все забыть не может, как застала меня с Анькой в кровати. Решила мне побольнее сделать, с тобой замутила.
Блядь…
– Не хочу тебя расстраивать, но ты ошибаешься. Так получилось, – качаю головой. В горле неприятно саднит. – Ты не левый человек для меня. Прости, Сань. От души.
Его сносит с места. Все эмоции нараспашку.
– Прости-и? – Спасибо, что не орет. – А на хрена мне твое «прости», дружище? Ты мою женщину шпилишь!.
.
– Рот закрой, – сквозь зубы предупреждаю, сжимая кулаки.
– Серьезно у них… – ржет говнюк. – Да она из-за бабок с тобой. Меня три года пилила, чтоб подработку себе подыскал. Нашла кого побогаче, сучка.
Чувствую, что вот-вот сорвет мою крышечку.
Что ж, Антон Юрьевич. Не были хорошими и не хрен начинать. Разговор не получается, попробуем по-другому.
Резко схватив Саню за грудки, вжимаю в стену и гашу любое сопротивление, навалившись всем телом.
– Слушай сюда, – отчетливо произношу.
– Ты к ней больше не подойдешь. Никогда без моего ведома. И хуйню эту, чтобы я не слышал. Иначе…
– Иначе что? – пытаясь вырваться, орет.
– Иначе узнаешь. Чтобы не видел тебя возле нее…
– Да пошел ты на хуй…
Потасовка между нами грозит перейти в драку, но в этот момент раздается звонок и ровный голос диспетчера. По заявке: горит дом в частном секторе.
– Еще поговорим, – отталкиваю его от себя, легким бегом направляясь в гараж.
Запрыгнув в боевку, натягиваю подшлемник и хватаю с полки шлем.
Пока машина и следующая за нами автоцистерна с ревом несутся по уже заставленному тачками центру, мы с Зародышем, сидя напротив, смотрим друг на друга непримиримо. В упор. Наверное, именно в этот момент приходит осознание, что как раньше уже не будет. Кончилась дружба…
Еще не доехав до адреса, замечаю густой черный дым. Вокруг дома толпятся особо любопытные зеваки. Открытого огня вроде не видно. Тут же включаюсь в работу.
– Заебись смена началась, – бурчит Саня, быстро выбираясь из автомобиля и подхватывая спецсредства.
– Электропроводка была плохая, – тараторит подбежавший к нам мужик в трениках. – Говорил ведь: менять надо. Жена заладила – диван-диван. Где теперь этот диван?
– То есть это я виновата?! – визжит немолодая женщина с бигудями на голове.
– А кто еще виноват? Конечно, ты.
Морщусь, понимая, что у людей эмоциональный шок. Когда не сталкиваешься с пожаром каждый день, то видеть его приятного мало.
