Огни Аль-Тура. Желанная

Я кусаю ее, брыкаюсь. «Хватит» - молю я - «пожалуйста, хватит». Слезы текут по щекам, но я все еще пытаюсь сопротивляться.

И из этой жуткой картинки меня вырывают горячие руки. Укутывают меня, кажется, целиком.

- Все хорошо – слышу я знакомый голос – Мила, просыпайся, все хорошо.

Кошмары – это то, что осталось от страшного события моей жизни. Я могу бесконечно говорить о том, что я все уже пережила, что все переборола. Но все, кто ночевал со мной на одной территории, знают – я иногда кричу во сне, плачу, молю своего невидимого палача остановиться.

- Это страшно – призналась мне Лиля, которая, слыша мои крики по ночам, обычно прибегала и старалась меня разбудить и успокоить.

Сквозь толщу сна я слышу урчание моего зверя, а потом теплое мохнатое тельце прижимается к моей ноге. Я привычным движением утопаю руку в мягкой шерсти.

«Я дома» - повторяю я - «я дома в безопасности. Я не одна. Я в своей постели, а не в этом жутком грязном переулке на Миросе».

Глаза открываются с трудом. Ласковая большая ладонь нежно вытирает мокрые дорожки с моих щек и прижимает меня еще крепче к себе.

Подо мной колотится чужое сердце. Я вздыхаю и аромат мужчины рядом, терпкий, пропитанный огнем, дымом и мускусом, меня успокаивает.

Эйден укачивает меня, как ребенка, заставляя успокоиться. Мне требуется пара минут, чтобы морок жуткого сна окончательно меня отпустил. За окнами брезжит рассвет, окрашивая комнату розово-оранжевыми бликами.

Становится немного стыдно. Сейчас сны мучают меня редко, с каждым годом они доставляют мне меньше боли, блекнут, выгорают.

Время не лечит, оно лишь стирает краски с травмирующего прошлого. Время не лечит, оно чинит, склеивает, но никогда не обновит душу целиком.

Аль-тур отстраняет меня от себя и заглядывает в глаза.

- Кто? – слышу я его громкий голос, полный какой-то, словно ощутимой на языке, горечи – кто это сделал, Мила?

Он говорит с нажимом, злостью, направленной на моего незримого обидчика.

- Он умер – говорю я тихо – очень давно.

Эйден снова прижимает меня к себе и напряженно молчит.

Зачем все это вернулось ко мне сейчас? Почему чудесная ночь, проведенная с этим мужчиной, должна закончиться именно так?

Нани, видя, что я уже не сплю, с кряхтением перебирается на мои колени.

- Я его покормил – сообщает аль-тур – я заказывал нам завтрак, когда….ты начала кричать…

- Прости – я закрываю глаза, потому что не хочу показывать свои слабости. Новая Мила, рожденная одиннадцать лет назад, не слабая, она отрастила броню.