— Вы женитесь на маме? — серьёзно спросил Илай — дядя Мико сказал маме, что у ее мужа должны быть стальные я… — я закрыла ему рот рукой.
— Дядя Мико слишком много болтает, Илай. А подслушивать разговоры взрослых нехорошо — я не знала, смеяться или провалиться под землю от слов своего ребенка.
— Дядя Мико? — лицо Итана сразу стало серьёзным, а глаза недобро заполыхали.
— Тетя Лали и дядя Мико — наши друзья — сказал сын — они брали меня на Вердан, когда мама летала на крейсере. Мама, а расскажи еще про пиратов? Мама победила всех пиратов и получила медаль.
— Мы знаем, Илай, мама большая молодец, сильная и смелая. А теперь пойдем жениться на маме. И, Криста — тихо сказал мне Алан, когда Итан и Илай немного отошли вперед — у всех эйнарцев стальные…. — я положила руку ему на губы, а он поцеловал мою ладонь. А потом расхохотался грудным и низким смехом. Твою галактику, это не мужчина, это какой-то демон соблазна.
***В службе фиксации связи в целом все прошло неплохо, хотя у разговора с местным служащим и были кое-какие интересные моменты.
Илай, пока мы решали наши вопросы, ждал нас в зоне отдыха и смотрел очередной гало-фильм.
— Эйра, по законам нашей планеты формализовав брак с Итаном и Аланом Дайн, вы автоматически получаете гражданство Эйнара.
— Это невозможно — я посмотрела на мужей — дело в том, что я военный пилот. Я не только гражданка седьмой колонии Янт, но и связана с планетой бессрочным военным контрактом, который я разрывать пока не планирую.
Служащий-эйнарец задумался. Мужья застыли.
— Мне нужно переговорить с Советом Планеты — сообщил эйнарец и куда-то ушел
— Ты не планируешь оставаться на Эйнаре? — Итан был расстроен и напряжён одновременно.
— Я не планирую отказываться от гражданства Янта и разрывать контракт. Во-первых, у меня есть обязательства перед своей планетой. Во-вторых, ты действительно думаешь, что даже несмотря на наш брак, я откажусь от всего, к чему шла шесть лет, Итан? Какие бы перемены не случились сейчас в наших отношениях, я дала себе одно обещание, и я его держу.
— Криста, на Эйнаре все по-другому. Здесь женщины — ценность, желание эйры всегда первостепенно.
— Я все понимаю, Алан, но ты бы видел, как ваши военные Советники на меня смотрели. Как будто у меня, как у верданского ящера, на голове рога. Как на что-то, что не вписывается в рамки жизни здесь.
