Потому что этот несносный, космос его задери, мужчина снова предстал передо мной практически в «натуральном виде», прикрытый только полотенцем.
— Да, я угадываю, когда ты приходишь, специально все с себя снимаю, чтобы встретить тебя в таком виде — с ходу начал он, пока я пыталась вернуться к реальности."
"Я не выдержала и расхохоталась.
— Я зайду позже, майор — а взгляд скользил по его плечам, крепкому торсу и прессу.
— Ты уверена? — сказал мне Ноа спокойно.
Я была не уверена. Поэтому с места не сдвинулась.
— Но сразу хочу предупредить — фиолетовые глаза изучающе сканировали мое лицо — если ты зайдешь сейчас, то обратного пути не будет.
— Ты выставляешь мне условия? — твою планету, беседовать в коридоре с почти голым мужчиной слишком сильно бьет по моим нервам.
— Предупреждаю. Мы больше не на пароме, не ограничены уставом. Сейчас ты эйра, а я эйнарец, которому эта эйра нужна. Не будет больше игр и недосказанности, Криста. Так что ты решишь?
Не так, не так хотела вести этот разговор.
Хотела быть холодной, спокойной, хотела четкости, прямых ответов. Но тело меня стало откровенно подводить.
А, наплевать на все.
Я нерешительно сделала шаг вперед в номер Ноа. А потом еще один и закрыла дверь за спиной.
Мгновение, встреча взглядов, и…
Губы Ноа поймали мои, руки сжали плечи. Я приоткрыла губы, язык ворвался в мой рот, сплелся с моим языком. Мне казалось, что он каждого касания по телу пробегают разряды.
Руки мужчины опустились по спине, прошлись по позвонкам, через тонкую ткань платья я чувствовала их жар. Ладони легки на ягодицы, подсадили меня на себя и облокотили к стене.
Полотенце, обмотанное вокруг мужских бедер, упало, не знаю, уж само по себе или Ноа его просто сбросил.
Через ткань белья я чувствовала твердую, обжигающую плоть. Лоно наполнилось влагой, в глазах стало мутно, в голове — пусто.
Мой шаткий контроль растаял под напором этого сладкого рта, сильных, сжимающих меня, рук, горячей кожи, члена, который призывно меня касался в самом сокровенном месте.
От переизбытка ощущений я застонала в рот Ноа, а он поймал и выпил мои стоны, как пил меня и крал мое дыхание до этого.
Мы ни на минуту прекращали поцелуи, а потом рот Ноа переместились у шее, лизнул и слегка прикусил жилку, под которой бешено стучал пульс.
Платье стало невыносимой преградой, от которой требовалось быстрее избавиться.
