Огни на курганах

Мальчик, ловко цепляясь босыми ногами за кору дерева, спустился на землю.

– Теперь иди за мной и не отставай, пока яваны далеко.

Они направились вдоль забора и вышли за ворота к месту, где остался осел.

Трое яванов в медных шлемах с конскими хвостами стояли около осла, и один ощупывал мешки.

– Крупный ячмень, пригодится.

– Ты зачем бродишь по чужим домам? Грабить пришел? – крикнул другой явана, приподняв копье.

– Постой, не торопись его приканчивать. Мне он пригодится. Эй, варвар, есть ли вино?.. Хочу пить!..

– Я тебе сейчас найду его.

– Ты говоришь по-гречески? Да ведь ты будешь ценным слугой!

– Я ходил с караваном в Антиохию и там научился говорить на божественном языке эллинов.

Воин сдвинул шлем на затылок. Его лицо, заросшее густой курчавой бородой, сияло.

– Друзья! – крикнул он. – Мне привалило счастье. Я нашел себе хорошего раба. В него не придется вколачивать палкой наш язык.

Два других воина погнали осла.

– А у нас два мешка ячменя.

– Ты, наверное, расторопный малый и сумеешь достать и ячменя для моего коня, и вина для меня. Ну-ка подойди сюда!

Македонец поднял щепку, ножом вырезал из нее квадратную дощечку, провертел дырочку и вдел красную нитку.

На дощечке он нацарапал свое имя: «Берда». Затем он крепко схватил ухо Спитамена, оттянул его и, прорезав концом ножа, продел нитку и завязал узелком.

– Теперь ты можешь быть спокоен: никто тебя у меня не отнимет.

Спитамен стоял совершенно спокойно, и смуглое лицо не дрогнуло, когда Берда прорезывал ему ухо. Он сказал:

– Ты хотел вина. Здесь есть погреб. Хозяин был гостеприимным и не раз угощал меня. Я, наверное, еще там найду кувшин старого вина.

– Пойдем, я выпью за доброе начало твоей верной мне службы.

Спитамен прошел двор, раскидал ворох старых листьев и откинул небольшую квадратную дверь. В глубине показались стоптанные ступеньки.

Он спокойно спустился в погреб.

– Есть! – донесся из глубины его голос. – Очень большие кувшины, в рост человека; надо перелить, а одному не справиться.

– Сейчас приду, – сказал Берда, прислонил к дереву копье и, положив ладонь на рукоять меча, тоже спустился в погреб.

Мальчик стоял в стороне, спрятавшись за дерево, и ждал возвращения явана и нового друга. Спитамен вышел один. Он тяжело дышал: в руке он держал небольшой пустой кувшин.