Огонь в твоей крови (СИ)

- Я - Дана! Дина Лиссант, - произнесла дрогнувшим голосом. - А как тебя зовут?

Жаль, что железные прутья располагались слишком близко - голову не просунуть! - и я не могла увидеть свою соседку. Да и девушка почему-то молчала, поэтому, не выдержав повисшей тишины, я снова потрясла решетку.

- Эй! Прошу тебя, не молчи!..

- Поверь, лучше не надо! - наконец, услышала слабый голос. - Не надо здесь шуметь.

- Почему? Где мы?!

- Меня зовут Валери, - негромко произнесла девушка. - Валери Видаль. И я не знаю, где мы находимся.

- Но ты...

- Я здесь почти месяц, - продолжала девушка. - Или намного больше. Давно уже сбилась со счета, не различаю ни дня, ни ночи. Иногда мне кажется, что я сижу в этом подвале всю свою жизнь и не существует ни солнца, ни неба, ни моря. Ни-че-го! Но очень скоро все закончится... Конец уже близок, и я его чувствую. Им не хватает всего ничего.

- Какой еще конец? - ужаснулась я. - О чем ты говоришь? Чего им не хватает? Кто они?!

Она молчала.

- Валери, - попросила ее, - расскажи мне все от начала до конца. Я ничего не понимаю! Думала, мы в тюрьме.

- Нет, это не тюрьма, - отозвалась девушка устало. - Это место намного хуже, чем любая самая страшная тюрьма на свете. Мы в чистилище, за которым лежит дорога прямиком в ад. Не имеет значения, что мы сделали в прошлой жизни, потому что отсюда живыми мы уже не выйдем. Мы с тобой умрем, Дана Лиссант, причем довольно скоро.

Сказав это, девушка снова замолчала, и в повисшей тишине я услышала, как она опустилась на свое каменное ложе.

- Валери... Валери, погоди! - выдохнула я в отчаянии. - Прошу тебя, не молчи! Расскажи мне все, что ты знаешь! Почему здесь нет магии? С чего ты решила, что мы умрем? Кто наши тюремщики? Что они от нас хотят?

- Я почти ничего не знаю, - отозвалась она. - Нам никто и ничего не рассказывает! Так, лишь обрывки чужих разговоров.... Есть тут один, которому нравится над нами издеваться. Время от времени спускается нас навестить.

- Мариус! - пробормотала я. - Это ведь Мариус!

- Да, его так зовут. Иногда он приходит и смотрит. Ему нравится, как мы умоляем его нас отпустить. Забавляется... Мне кажется, его это порядком заводит.

- Ты все время говоришь «мы», «нас»... Здесь есть кто-то еще? Другие девушки в соседних камерах?..

Я вновь прильнула к решетке, вглядываясь в темноту, но движений в тюремных казематах напротив так и не различила.