Огородная ведьма

— Ты оборвала мое заклинание, — не согласился Илан.

— Какое? — не поняла я.

Вроде ж ничего не обрывала.

— Последнее, воздушную тюрьму.

Перед глазами встал образ задыхающегося Зорана в сжимающейся ловушке.

— Ты же сам его остановил!

На что маг отрицательно покачал головой.

— Может, это был кто-то из наблюдавших магов? — не собиралась соглашаться я.

— Перебить заклинание такой силы не смог бы и сам Дрогар. Про остальных магов и говорить нет смысла. Разве что тот юноша, что был с тобой. Он силен, но пока молод и неопытен.

— Не стоит недооценивать Мартина, — попробовала я вступиться за своего главного помощника.

— Это точно была ты, Галя, — повторил Илан. — Возможно, тебе не хватает осознанности в пользовании волшбы, но ты сильная ведьма. Одна из сильнейших, думаю.

— Я же первая ведьма, к которой ты приехал, — напомнила ему.

— Но ведь не первая встречная за всю жизнь, — возразил маг.

— Ладно, не о том спорим, — я наклонила свою кружку, убедившись, что она пуста, и у меня нет возможности сделать глоток и таким образом взять короткую паузу для размышлений.

— Именно, — подтвердил Илан. — Иначе ты все равно задержишься минимум на год, до следующих тыкв.

— Действительно, а так еще и сына рожу, чтобы зря время не терять, — покивала я, поражаясь циничной логике.

— Примерно так, — согласился маг, явно устав спорить, обсуждать и в принципе устав.

Да уж, такой мотивации вырастить тыквы мне даже возвращение домой не придавало.

У меня, конечно, есть козырь в рукаве — бабкино проклятье как защита от нежелательной беременности и еще более нежелательных поклонников. Но о нем я предпочла не говорить. Раз уж мы в мире, где магия и волшба — реальность, а не выдумки, то кто знает, не найдется ли способ как-то снять проклятье или обойти? В конце-концов, бабкин наказ был — восстановить огород, а конкретно про популяцию тыкв речи не шло.

Поэтому здесь я буду молчать до последнего, глядишь, и разрулится ситуация сама, не успеет маг разобраться, как получить наследника. Ведь ребенка мне предстоит отдать. Или жить с магом, если сумеем договориться.

О возвращении тогда и речи быть не может. Я потеряла родителей в семнадцать, и даже тогда это было больно и страшно. Для своего ребенка я подобной участи не желаю.