Огромный бриллиант

Это не особо отличается, и да, это часть подготовки.

— Это часть экзамена?

Она проходит мимо, задевая меня рукой, а потом открывает верхний ящик комода.

— Да. Это больше похоже на курс практического обучения в лаборатории.

— И все это потому, что ты с чего-то взяла, что мы будем ходить голыми перед мистером Офферманом и не должны облажаться? Это не реалити-шоу о фальшивой помолвке, где мы должны будем показать определенные навыки и пройти полосу препятствий. Ты ведь это знаешь, правда?

Она кивает и роется в ящике.

— Я знаю. Но это больше похоже на Игры Новобрачных.

— И в этой версии мы узнаем о том, привык ли я к мысли о тебе голой, и не только к мысли?

Она поворачивается ко мне и держит две пары трусиков, по одной в каждой руке.

— Ответь быстро. Тебе нравится, когда твоя избранница носит черные кружевные стринги? — она трясет клочком шелковистой ткани, которая выглядит так сексуально, что мое лицо начинает гореть, будто его опаляет пламя.

Если бы женщина, с которой я встречаюсь, надела подобные трусики, то их давно бы на ней уже не было. Я стянул бы их с нее зубами. Ничего не могу поделать, но просмотр ее белья разогревает мою кровь до уровня кипения ртути.

Шарлотта склоняет голову и стреляет в меня выжидающим взглядом.

— Так в чем ты предпочитаешь видеть свою избранницу?

Я все еще не ответил ей. Просто пытаюсь организовать отток крови от других частей тела назад в мозг.

— Ни в чем, — говорю я, намереваясь сказать это в шутливом тоне, но в горле пересохло и першит, поэтому слова выходят с суровым рычанием.

Она совершенно невозмутимо приподнимает бровь.

— Ни в чем? В самом деле? Тогда хорошо, — говорит она, поворачивается, возвращает трусики в ящик, берет лифчик и закрывает комод с легким щелчком.

Она игриво прикасается к моему плечу указательным пальцем, быстро открывает шкаф, хватает что-то с вешалки и возвращается в ванную. Когда она закрывает дверь, я падаю на кровать, тяжело дыша, и опускаю ладонь на свой лоб. Офигеть, что вообще это был за тест? Это было самое сложное испытание на прочность, которое я когда-либо проходил.