Огромный бриллиант

Делает его сама из пакетиков Peets, которые заказывает на Amazon с тех пор, как они больше не продаются в Нью-Йорке.

— Нам нужно больше деталей, — говорит она и делает глоток. — Держу пари, что дочери мистера Оффермана будут первыми, кто разнюхает ложь. Девушки умнее в этих вещах, так что, если его дочери выяснят правду, они расскажут папочке. Нам нужно быть более убедительными. Итак, однажды вечером в баре мы поняли, что влюблены друг в друга, да?

— Да. Всего несколько недель назад. Все это произошло быстро.

— Но как это началось? Как именно? Что послужило точкой отсчета нашего романа?

— Шарлотта, я рассказал эту историю отцу.

Я продолжаю, поддерживая историю о нашей истории любви понарошку:

— Только это не было неловко. Это было правильно, — говорю я, даря ей свою лучшую влюбленную улыбку, — и мы сознались в том, что у нас есть чувства друг к другу.

— И у нас был потрясающе волшебный поцелуй. Определенно.

Она краснеет, замолкает и допивает свой холодный чай. Я допиваю свой и кладу оба стакана в посудомоечную машину, аккуратно выравнивая их в верхнем ряду — так, как ей нравится.

— Тогда будет проще объяснить, почему ты сделал мне предложение прошлым вечером в баре — потому что именно там все началось. Ты сделал это после того, как все ушли. Опустился на одно колено и сказал, что к черту кольцо, что больше не можешь ждать и что я должна стать твоей.

— Отлично. Мне нравится. Легко запомнить.

Я закрываю посудомоечную машину и встречаю ее взгляд. В ее карих глазах нежность и сладость.

— Спенсер. Спасибо тебе.

Я смотрю на нее так, будто она сумасшедшая.

— За то, что положил стаканы в посудомоечную машину?

— Нет. Что согласился на все это, — она обводит взглядом всю территорию квартиры. — Я заставляла тебя отвечать на глупые вопросы и слушать мои истории. Но мне нужно было почувствовать, словно все это происходит на самом деле.

— Почувствовала? Ты осознаешь, что стоишь на пути превращения в миссис Холидей?

— Это забавно. Но сочетание этих двух слов никто никогда не должен услышать, — говорит она, рассеяно проводя рукой вниз по моей, когда мы выходим из кухни.

Я киваю, подтверждая этот статус. Тотальный плейбой. Окончательно и бесповоротно, стопроцентный холостяк. Невозможно окольцевать свободную птицу.

Она тянется к сумочке на столе в гостиной.

— Подожди. Есть еще один тест.

— Ты собираешься заставить меня прыгать через обруч? Блин. Ты непредсказуема.