Если бы не его великосветская спесь, то он вполне мог быть приятным человеком.
— Благодарю вас, сударь, — вежливо откликнулась я. — Но прежде, чем мы предадимся сну, нам нужно кое-что обсудить!
Глава 48. Герцог Клермон
Как бы я ни злился на Бланшара за такое неожиданное предложение, я понимал, что он прав. Чтобы ни у кого не осталось сомнений в подлинности нашего брака, нам следовало играть по правилам. И даже хорошо, что он подумал о консумации. Упусти мы этот момент, и брак мог быть признан недействительным, и тогда весь наш договор оказался бы напрасным.
Я видел, что девушка была возмущена. И надо признаться, было забавно наблюдать, как она злилась. Злилась внутри, а внешне вынуждена была изображать смущенную новобрачную. Но я не сомневался, что она выскажет мне всё, что она обо мне думает, как только мы останемся одни.
Впрочем, ее возмущение немного улеглось за праздничным столом. У нее оказался недурной аппетит, весьма неожиданный для девушки с такой изящной фигуркой. И что меня удивило еще больше — она не стеснялась его показывать.
Ее поведение было решительно не похоже на то, как вели себя в присутствии посторонних моя матушка или Жасмин. Моя мать всегда говорила, что благородная дама должна лишь пригублять напитки и только пробовать те блюда, что ей подают. Но я прекрасно помнил, как она набрасывалась на еду, когда мы возвращались домой с балов и приемов.
На щеках мадемуазель Ревиаль играл румянец, и вся она была такой свежей и красивой, что у меня на мгновение мелькнула мысль о том, что консумация может быть и настоящей.
И если моя только-только обретенная супруга подарит мне сына, то наверняка это будет крепкий и здоровый малыш.
Но я прогнал эту мысль как совершенно абсурдную. У такого брака не было никакого будущего. Мы с мадемуазель Ревиаль были слишком разными, и наш союз мог продолжаться лишь до тех пор, пока мы были на большом расстоянии друг от друга. Останься мы наедине на долгое время, нам наверняка даже не о чем будет говорить.
Тут я вспомнил о ее теплице с огурцами и усмехнулся. Герцогиня Клермон — огородница! Если об этом станет известно, то это будет главная новость бального сезона в столице.
Хотя сама девушка была очень мила, и вовсе не ее вина, что она родилась в таком странном браке и оказалась без наследства из-за того, что ее отец не оставил завещания. Оставалось лишь надеяться, что ее решительный нрав и пять тысяч золотых помогут ей обустроиться так, как она того хочет.
