Ох, Мороз, Мороз...

— Где она?! — Алена тут же попыталась протиснуться в номер, едва Павел открыл дверь. Но он ей, разумеется, не дал такой возможности. Плевать, если скандал будет в коридоре. Но Инга не должна это слышать.

— Что происходит? — он прижался спиной к запретной двери в номер. Но руку с ручки не убирал на всякий случай. На тот поганый случай, если Инге придет в голову выйти.

— Она там, да?! — Алена тяжело дышала. И тут Павел отчетливо осознал, насколько Алена… невменяема. Утро же… Она не может быть пьяной. Ну кто пьет с утра? Но у нее совершенно ненормальное лицо… — Она там, да, твоя шлюшка?! Ты ее там от меня прячешь, Мороз? Зря! Все равно найду!

— А ну тихо!

— Что ты мне сделаешь?! — расхохоталась Алена.

— Подзатыльник дам!

— Ты не посмеешь! — странно, но Алена стала говорить тихо. — У тебя кишка тонка, Мороз.

— А ты проверь, — так же тихо ответил Паша. — Папку твоего я никогда не боялся. Так что ты попробуй. Дай мне повод… А у меня рука тяжелая… зая.

Алена смотрела на него, не мигая. И в этот момент очень была похожа на своего отца.

— Я ее все равно найду… — прошептала Алена. Без прежней уверенности.

— Пошли! — Павел схватил ее за руку и потащил по коридору. — Узнаю, как ты сюда попала — больше у тебя этот номер не пройдет.

— Ты не сможешь ее все время от меня прятать, Мороз, — идиотски захихикала Алена. — Рано или поздно я ее вычислю. И поправлю мордашку. Она хорошенькая, Пашенька? Наверняка, ты же у меня эстет. Блондинка, брюнетка, рыженькая? Сиськи какие?

На них покосилась проходившая мимо пожилая пара.

Он дотащил ее до машины и убедился, что она уехала. А потом пошел на стойку регистрации и устроил скандал. Алена явно кому-то дала на лапу, чтобы узнать информацию и пройти. Пусть разбираются. Пять звезд, мать их!

И только потом Паша сообразил, что Инга там в номере одна. И могла его не дождаться. Хотя мимо стойки она вряд ли бы прошла так, чтобы он ее не заметил. Но все равно… и он бегом рванул в свой номер.

***Инга его наказ не выполнила. С кровати слезла и даже оделась. Но, это, может, и к лучшему. Пока шел в номер, Павел готовил слова. Но, увидев Ингу… ее выражение лица… просто молча распахнул руки. Молча гладил ее, прижавшуюся к нему, по голове. Инга тоже молчала, но спина под левой его рукой дрожала. В эти минуты Павлу казалось, что брак с Аленой — это самая большая и практически непоправимая ошибка в его жизни. Которая может слишком дорого ему обойтись.