Ох, Мороз, Мороз...

А то ни поесть, ни пописать, ни подумать не дадут. Зае*бут вопросами. А ей сказать нечего. Инга достала телефон, включила, посмотрела на экран и поморщилась.

— Вижу, он мне уже в вацап наметал… икры. Кабачковой. Сань, сооруди кофе, будь человеком, — успела попросить Инга, когда за спиной раздалось:

— Тебе есть чем меня порадовать?

Инга медленно обернулась.

— А вы заметили, сэры, какие нынче стоят погоды? — спросила в пространство между Саней и Горовацким.

— Пойдем, — не стал вступать в светскую беседу о погоде Борис Юрьевич, развернулся и отправился в переговорную.

— А кофе все ж сообрази, Санек, — кивнула Саше и отправилась на ковер к Горовацкому.

В переговорной Борис Юрьевич ждал ее не один. Ярик тут же. Какая прелесть. На ее появление тимлид изобразил какое-то подобие улыбки, больше похожей на гримасу. Ингу так и подмывало спросить: «Что, Ярослав Максимович, газы?». Но накалять обстановку не стала.

— Ну что? — нетерпеливо спросил Горовацкий, как только за Ингой закрылась дверь. — Вчерашние идеи сработали?

Время бравировать внезапно кончилось.

— Нет, — ответила Инга тихо и серьезно.

Лицо Бориса Юрьевича было красноречивей всех слов. Ярик картинно схватился за голову. И патетически вопросил.

— И что мы будем делать?

— А я вам еще тогда сказала, что надо делать, — раздражение начало прорываться сразу. Сказывалось присутствие Ярика.

— …за наш счет, — медоточиво продолжил за нее Ярик. — Платить неустойку…

— Почему за «наш», — так же медоточиво ответил Инга. — За твой, Ярослав, за твой. Это же ты так офигенно все сконфигурировал на бумаге, так все красиво спроектировал… Что оно ни хера не работает друг с другом! А проверить, протестировать на…

Ярик вскочил на ноги, и Горовацкий тут же встал между своими двумя сотрудниками.

— Так все, брейк! Нашли время, когда отношения выяснять. Что сделано — то сделано. Сейчас нам нужно без потерь выйти из сложившейся ситуации. Инга, у тебя есть еще идеи?

— Я не могу генерировать идеи, когда меня постоянно дергают!

— Я снял тебя со всех проектов.

— И постоянно меня дергаете!

Борис Юрьевич шумно вздохнул. Но упрек проглотил.

— Хорошо. Я понял. А что твои ребята из «Пентакла», они молчат?

— Они не молчат, — поморщилась Инга.