Учитывая его мощную пиар-кампанию, скандалы были ни к чему. Даже в случае его полного выигрыша, осадок бы остался и безупречная репутация немного замаралась в грязи. Как минимум, в глазах какой-то части населения.
Другое дело, что такая масштабная подготовка не слишком походила на приготовления к штурму кресла генерального прокурора. К тому же, в данном случае, далеко не всё зависело от популярности. Решение принимал хозяин Синего Дома. Который ориентировался совсем на иные критерии.
Больше это было похоже на старт политической карьеры.
Большинство опросов склонялись к тому, что «Свободная Корея» проиграет парламентские выборы и контроль над Национальным Собранием получит коалиция их оппонентов. Некоторые считали, что в целом, старые пропорции распределения голосов сохранятся, но избиратели переключатся на иные консервативные партии, с которыми у «Свободной Кореи» получится сформировать коалицию.
Суть оставалась одной — повторно выиграть президентские выборы правящей партии будет крайне сложно.
И если те люди, что составляли её основу, не хотели потерять контроль над Синим Домом, им требовался новый подход. При таком раскладе, они вполне могли рассмотреть кандидатуру популярного прокурора, у которого имелись все шансы занять кресло в Синем Доме. А учитывая его текущую должность, переход к политике можно было обставить весьма эффектно. Вплоть до открытия расследования против президента или иной значимой фигуры, а потом подачи в отставку — в знак протеста против закрытия дела.
И это самый грубый вариант — я навскидку мог набросать несколько более тонких комбинаций. В любом случае, для отца Дон Хёна открывалось окно возможностей.
Вот зачем он привлёк к делу своего сына, связав его со «Свободной Кореей» я пока не понимал. Предположение, естественно, сразу появились. Но, чтобы отдать предпочтение какой-то конкретной версии, требовалась дополнительная информация.
Впрочем, прямо сейчас всё это было некритично. Вопрос с сыном прокурора мы решили, конфликт оказался исчерпан и угрозы с данного направления не просматривалось.
Когда мы подъехали к ресторану, Ми Ён уже была внутри. Правда явилась на встречу не одна — рядом сидел её брат, с которым я до того лично не встречался. Га Рам Чон, в свои двадцать семь лет являющийся помощником председателя по вопросам стратегического планирования.
Если девушка, увидев нас, сразу же засветилась надеждой, то вот парень отреагировал с заметным скепсисом.
