Помощник же робко продолжил.
— Мы докладывали о развитии ситуации в отчётах, госпожа. Господин Ён Чен, тоже упоминал об этом в своих.
Хозяйка кабинета поморщилась. С какого-то момента она перестала читать те разделы, где упоминались зарубежные медиа, сосредоточившись на корейских. Видимо, зря.
— А что власти?
Сотрудник мгновение помедлил и тихо произнёс.
— Через полчаса президент должен выступить с обращением к нации.
Больше вопросов она задавать не стала. Приказала сотруднику убираться, а потом обессилено рухнула в кресло.
Теперь все её текущие усилия не имели значения. Даже будь Ён Чен и его люди в сто раз изобретательнее, горная река уже вышла из берегов и её не остановить. Новости о разборках корпораций, это одно. Протест, после которого на телеканалах вынужден выступать глава государства — совсем другое. Как бы она ни старалась, защитить Дак Хо не получится. По крайней мере, прямо сейчас. По прошествию какого-то времени, когда всё забудется и перестанет быть горячей темой, вопрос, может, как-то и выйдет решить.
С потерями и, возможно, условным сроком по мягкому обвинению. Например, в халатности. Нужно только найти кого-то в качестве священной жертвы, а Дак Хо станет искренне раскаиваться, что не уследил за нерадивым подчинённым, который ради денег губил человеческие жизни. Но всё это потребует месяцев времени и больших ресурсов.
Когда на телефон пришло сообщение от прикормленного прокурора, в котором тот сообщал, что их ведомство планирует задержать Дак Хо, она даже не удивилась. Лишь коротко поблагодарила, а потом предупредила сына, чтобы тот был готов и показал себя на камеры с лучшей стороны.
В идеале — успел сказать пару слов о своей полной невиновности. Репортёры наверняка пронюхают и успеют облепить офис Чен Фармасьютикал — этим нужно было воспользоваться.
Женщина отложила в сторону телефон. А потом глухо зарычала, стиснув от ярости зубы.
Разлетелась на осколки ваза, полетевшая в стену. Следом отправилась пепельница, а потом вся мелочь, что попадалась под руку.
Наконец, женщина прекратила и на несколько минут застыла в кресле, чувствуя, как постепенно отступает состояние опустошённости и возвращается мотивация.
Вернуть свободу старшему сыну можно только в том случае, если Чен Групп останется под её контролем. Потеряв влияние и деньги, она обречёт его на заключение. А значит, следовало сражаться дальше. Кисэн со своим ушлым шакалом сделали свой ход. Наглядно продемонстрировав свои возможности. Но у неё тоже найдётся, чем ответить.
