Со мной так же было, — она повернула ручку шеста, привела его в боевое положение, затем снова сложила, — их в тоннелях человек сто, так что как отобьем Дика, надо сразу делать ноги.
— То-то я смотрю, уж очень они ласковые, — проворчал Полубой.
Отшвырнув занавеску, они пробежали тоннелем и ворвались в зал. «Братство» стояло полукругом, явно ожидая их прихода. Сандерс, лежащий головой и руками в блюде с грибами, ворочался в нем и что-то лепетал. Виктория, откинувшись на стуле, с бессмысленной улыбкой смотрела на них полузакрытыми глазами.
Вперед выступил Верховный служитель. В руке он, как скипетр, держал абордажную саблю.
— Вам лучше смириться с участью, пришельцы. Впитав ваше тепло и сущность, мы светом ваших очищенных душ добавим тепла и покоя в этот мир, и когда…
Лив хищно оскалилась и стремительно шагнула вперед. Щелкнул шест, выскакивая из рукояти. Крутанув его в руках, Лив врезала Верховному по лбу. Служитель опрокинулся навзничь, обливаясь кровью. В руках членов братства сверкнули ножи. Полубой выхватил саблю и широким взмахом заставил братьев отпрянуть.
— Прочь с дороги, — взревел он, — или в ближайший месяц у вас не будет недостатка в свежем мясе!
Поблескивая из-под капюшонов тусклыми глазами, братья отступили. Некоторые осталось в зале, явно выбирая момент для нападения, но большинство исчезли в тоннелях.
Полубой за шиворот поднял Сандерса из блюда, ладонью вытер ему лицо. Сандерс бессмысленно уставился на него, явно не узнавая.
Лив остановилась перед Викторией.
— Мисс Салливан! Она с вами?
— С нами, — буркнул Полубой.
Он достал из кармана плоскую аптечку, открыл ее и, достав ампулу, прижал ее к шее Сандерса."
"Когда жидкость всосалась, он попросил Лив подержать Дика и перешел к Виктории. Проделав с ней ту же операцию, он отбросил аптечку в сторону и уселся на ближайший стул, свирепым взглядом обводя оставшихся братьев.
— А я еще подумал, откуда они здесь мясо берут?
Верховный жрец заворочался на иолу. Полубой наклонился, сгреб его за балахон на груди и рывком подтянул к себе.
— Ну что, святоша? Хочешь, я тебя сейчас разделаю, не вымачивая? Что, братья, отведаете тела безгрешного?
— С радостью любую участь приму, — прохрипел Верховный, — не в твоих силах очернить братство.
Полубой широко размахнулся и от души саданул служителю в глаз огромным кулаком. Верховный, кувыркаясь по полу, откатился под ноги братьям. Полубой подобрал с пола его саблю и положил себе па колени.
— Касьян… в чем дело? — послышался слабый голос Виктории.
