— Мою скуку, томление духа, невозможность донести с высоты своего разума хоть толику истины, не смогли понять даже те, кто стоял рядом со мной по праву рождения. Глупцы и невежды! Они смогли лишь отторгнуть от себя то, что не в силах были уложить в систему ничтожных правил, созданных для рабов. Поиск, вечный поиск истины закончен, и я познал ее, но тем самым подписал себе приговор на вечное одиночество. Но один из вас, люди, смог заинтересовать меня и даже развлечь.
Грациозный взмах крыльями открыл перед Сандерсом прозрачную стену с замурованными, повисшими, как муха в янтаре, человеческими телами.
Два мужских и одно женское, распластанные, как лягушки под ножом исследователя, с удаленными внутренностями и рассеченной и свернутой кожей, открывавшей розоватые мышцы. Восторг застыл на их лицах, в обнаженных телах чудился призыв продлить запретное наслаждение, чтобы позволить раздвинуть границы собственной ограниченности и доставить своими муками хоть что-то похожее на удовлетворение сказочному повелителю.
— Счастье и восторг ждут и вас. И вы испытаете смертное наслаждение, отдавая то, что единственное вы можете отдать — вашу жалкую жизнь. Готовы ли вы к этому?
Сандерс протянул руки, умоляя предоставить блаженство первой смерти ему.
Полубой сорвал плащ, рванул на груди заскорузлую от крови полосатую майку."
"Лив рухнула на колени в отчаянии, что первой будет не она.
Две стремительные тени вырвались из ниоткуда, и опрокинули чудотворное создание, воздевшее к небесам изящные руки.
Дикий, на грани ультразвука (а может и за гранью его) визг ударил под череп, казалось, даже минуя ушные раковины, стирая наваждение. Сандерс со страхом увидел свои простертые вперед руки, Лив оглядывалась, не понимая, почему она оказалась стоящей на коленях.
— А-а, гнида рогатая, — взревел Полубой. Риталусы рвали поверженное тело, не позволяя противнику подняться на ноги. Наконец это ему удалось. Распахнулись огромные крылья, встопорщенные локтевые и коленные рога делали огромную фигуру воплощением возмездия.
Движения его были столь стремительны, что глаз не успевал уследить за его перемещениями. Человеческий глаз, но не глаза чешуйчатых демонов, в которых превратились риталусы. Уворачиваясь от смертельных ударов, они терзали и рвали на части беспомощное перед их яростью тело фиолетового существа.
— Низшие, низшие!!! — зазвучал в мозгу Сандерса панический призыв.
