Охота на пиранью

— Пока будем считать, что приснилось, — твердо ответил Морской Змей. — Пусть они тебя окончательно потеряют, посмотрим на их поведение, поищем подступы… Ты же их всех, кто был тогда на заимке, можешь описать вплоть до последней волосинки в ноздре, а они будут твердить, что ты из тайги вышел, обкурившись конопли, забор у них ломал, пока дрыном тебя не отогнали… Да, а Иркутск проверили. Не вышел твой эскулап из тайги, так и не объявился.

— И черт с ним, — проворчал Мазур.

— Как думаешь, почему в поезде вас больше так и не тронули?

— Возможно, он в поезде был один.

А если и с подстраховкой, то его ребятки определенно не знали нас в лицо, рисковать не стали. Потом — тем более, когда Лымарь «скорую» подогнал, а здешняя охрана в милицейских бушлатиках «коробочку» ставила…

— Вот то-то. Если поезд кто-то встречал, должны были сообразить, что за тобой есть хорошая «крыша», тем более притихли и улики зачищали в темпе брейка… Или новые создавали, чтобы тебя вовсе уж надежно притопить.

— А что штаб?

— А что бы ты на месте штаба? — усмехнулся адмирал.

 — Всем нужна «кастрюля», а потому высочайше повелено, не отвлекаясь на мелочи, продолжать в прежнем ритме. И я бы не стал предаваться пессимизму и каркать, что вся эта история тебе карьеру попортит. Победителей судить как-то не принято. — Он помолчал. — Я и мысли не допускаю, что у тебя начнется климакс с истериками и капризами.

— И правильно делаешь, — сказал Мазур, глядя в пространство.

Даже если они все были моральными уродами, то уроды эти — железные.

За всю историю существования «морских дьяволов» не случалось ни единого дезертирства или предательства. Ни единого. Такой уж народ подобрался.

— Вообще-то, если хочешь, я тебе после похорон дам совершенно вольный денек? Спирта у Лымаря немеряно.

— Не надо, — сказал Мазур. — Не мой стиль. Со спирта похмелье, а с похмелья жизнь еще грустнее. Насчет улик ты все верно подметил, вон и от татуировок следа не осталось…

— Тем более. Кстати, о наколках. Тебе не кажется, что тот, кто тебе их рисовал, знал настоящего Дракона? А то вовсе уж ошеломительное совпадение получается.

— Не удивлюсь, если знал, — сказал Мазур рассеянно. — Чтобы так все совпало… Громов где?

— В Шантарске. Не Громов, конечно, а…

— Да мне чихать. Посмотрю потом бумажки. Ибрагима вы еще милиции не сдали?

— Нет, в морге почивает, особисты над ним все еще шуруют. Между прочим, он такой же Ибрагим, как ты или я — «оглы». Красавин заверяет, абсолютно славянский экземпляр. Протокол в деле.