Онлайн-библиотека книг
Они припарковались на противоположной стороне улицы, чуть подальше, и, едва «Ока» тронулась в неотступном сопровождении охраны, влились в поток, пропустив вперед парочку машин. В другое время им поневоле пришлось бы обогнать и вырваться вперед, но сейчас машины во всех рядах ползли с черепашьей скоростью — ближе к вечеру, как обычно, здесь начиналась жуткая пробка длиной в добрых полкилометра. Узкая улица не справлялась с потоком, ее забивало, как склеротическую артерию, а объездов не было, как водится, — лет двадцать назад никто и не предполагал, что город так разрастется, а машин прибавится вдесятеро…
— Тормозит, — сказал Голем.
— Ага. Сможешь тут притереться?
— Делов-то…
Сзади протестующе взвыли сразу несколько клаксонов, но Голем уже вырулил на обочину, к стоявшим в ряд киоскам, опустил козырек — заходящее солнце светило прямо в глаза, хмыкнул:
— Определенно шопинг, опять пустой пакет прихватила… Что у нее, горничных нет?
— Молодая еще, — сказал Мазур. — Привыкнуть не успела к буржуйской роскоши.
Он сунул в рот сигарету и спокойно смотрел, как скрывается в очередном магазине молодая жена Прохора Петровича Громова. Разумеется, его звали совершенно иначе, но настоящее имя Мазуру ничего не говорило, и он предпочел то, к которому привык. Шахматную партию заканчивают с теми фигурами, что были в игре с самого начала. Правда, пешки сплошь и рядом меняют имена, прорвавшись к восьмой горизонтали, но это касалось не Прохора, а как раз Мазура…
Морской Змей пока что держал слово.
Она вышла с очередным пакетом, присовокупила его к первому, лежавшему на заднем сиденье, тронула машину. На сей раз Голему пришлось чуть потруднее, но он, в конце концов, подрезал оплошавшего желтого «москвича» и воткнулся в поток, ползущий короткими рывками."
"— Точно, на дачу намыливается, — сказал он, поднимая козырек.
