Просто не надо было меня злить… Ладно, ты чего тут? Хочешь мне что-нибудь рассказать?
Ксю принялась излагать новости, сопровождая следователя в учительскую. Там была только глуховатая историчка, поэтому Ксюша даже не понизила голос:
— И получается так, что Мышка… Диана первая обо всем догадалась. Она даже, наверное, раньше догадалась, когда у Егора косяк из рук выбила, а уже потом начала всех обзванивать, чтобы узнать, как они себя чувствуют…
— Диана звонила одноклассникам перед смертью?
— Ну да… Всем, с кем курила.
Даже классной, хотя раньше она ей никогда…
— Умница! — Леонид Борисович схватил телефон, нажал пару кнопок и принялся командовать. — Саша! Биллинг Дианы Мышкиной в вечер смерти… Остальных тоже, но потом… И еще раз прошерсти по соцсетям, по скайпу, выходила ли она еще с кем-то на связь… Да… Доложить немедленно!
Ксю пыталась сообразить, что происходит. Она же вроде ничего такого не сказала, чего следователь так взбодрился?
— Умница! — еще раз с удовольствием сказал Орловский, положив трубку.
— Теперь все ясно!
— Что ясно?
— Кто убийца…
— Кто?
Леонид Борисович рассмеялся. Кажется, Ксю впервые слышала его смех.
— Ты про бритву Оккама слышала?
— Нет.
Следователь хотел что-то рассказать, но тут пискнул ноутбук, и Леонид Борисович припал к экрану.
— Так… угу… что и следовало… — бормотал он.
— А что такое биллинг? — спросила Ксюша, у которой в голове творился кавардак.
— Список звонков… Можно узнать у мобильного оператора.
— А бритва Оккама?
— Погугли! — приказал следователь.
— Только в коридоре, о’кей?
Ксю на негнущихся ногах двинулась к двери.
— Мария Антоновна! Вы тоже погуляйте, ладно?!
Судя по громкости, с которой Леонид Борисович обращался к историчке, он тоже был в курсе ее проблем со слухом.
Ксюша и учительница вышли одновременно. Историчка сиротливо пристроилась у подоконника, Ксения — у соседнего. Но у ученицы был, по крайней мере, смартфон. Ксю принялась гуглить «бритву Оккама», наткнулась на несколько нудных ссылок, но в конце концов принцип поняла.
Бритва Оккама — это значит не заморачиваться. Если упростить до предела, отбросить все надуманное, останется правда.
Ксюша попыталась думать, как Оккам. Мышка знала об отраве. Знала, что отрава в спайсе. Откуда? Ей кто-то сказал? Кто-то из тех, кто курил? Вряд ли. Кто-то еще? Лишняя сущность, а Оккам требовал сущности не множить. Получается, знала только она и убийца.
И самое простое решение…
Ксю помотала головой. Ей активно не нравилось простое решение.
