Достала.
На пол шлепнулся пакетик со спайсом.
Прочитала имя звонящего — «Ковригин».
«Сейчас, — подумала она, — он скажет, что Даньку с Артемом отпустили. Что ничего у них не нашли. Что я зря напрягала наркоконтроль. И, получается, я зря стучала. И Мышка зря погибла. Все зря…»
Телефон вибрировал.
Ксюшин взгляд упал на пакетик с наркотиком.
«Мне только успокоиться, — сказала она себе. — С одного раза ничего не будет…»
Из туалета она вышла сосредоточенная и спокойная.
— Успокоилась? — спросила мама.
— Пошли, минут через пятнадцать надо начинать готовить флешмоб. Мне кажется, это будет бомба.
С бомбой мама угадала. Желающих танцевать было очень много, репетировали одновременно в трех рекреациях. Катя металась между ними, расставляла и напутствовала инструкторов. И хотя Ксюша неоднократно видела движения и репетиции со звуком и светом, она все равно не представляла себе, что получится так здорово.
Оказывается, Катя на всех прогонах танцевала даже не вполсилы. Когда она вышла на середину зала, Ксюша забыла обо всем на свете, она никогда не думала, что Катя может так двигаться.
Группы присоединялись к танцу по очереди, каждую встречали овациями. Когда флешмоб закончился, у Ксюши за спиной раздалось знакомое шипение.
— Перед шефом выпендриваются, дуры!
— Позорище, а не корпоратив!
«Успокоиться и работать!» — скомандовала себе Ксюша и побежала поздравлять Катю.
И сразу словно перенеслась из грязной лужи в прозрачный бассейн с изумрудной теплой водой. Гости — особенно молодые женщины — обступили пунцовую от счастья Катю и осыпали ее комплиментами.
— Ах ты умничка! Ты где так научилась танцевать?
Финал все играли на таком подъеме, какого Ксю на репетициях не видела ни разу. Даже Егор — хотя эту роль он исполнял второй раз в жизни."
"Василиск, сделанный из труб и шлангов, извивался как живой. Изо рта у него валил пар, глаза сверкали, как раскаленные угли, и шипел он оглушительно и очень натурально.
И вот Гарри, еле живой, с трудом поднимает меч и бросается на Змея, а Змей делает странный маневр хвостом и…
Даже у Ксюши сорвалось дыхание, хоть она эту сцену и видела на репетиции.
Она оглянулась в зал.
У первых рядов блестели глаза, были приоткрыты рты, а кое-кто грыз украдкой ногти. «Переживают. Это хорошо», — подумала Ксюша и не удержалась, бросила взгляд на дальний угол стола: кислые физиономии, насмешливо поджатые губы, челюсти, перемалывающие котлеты…
И тут на стене появилась Мышка.
