Охота на живца

Вот гад!

- Он мой опекун! – возмутилась, напоминая официальное обоснование присутствия рядом Серого. Не хватало еще, чтобы он перешел в категорию посторонних мужчин!

- Я помню об этом. Как и о другом, - сказал многозначительно. И продолжил, глядя с превосходством, заставляя замирать сердце и опасаться. Проклятая тяга, превращающая в зависимость!

- Так и будешь делать вид, что ничего не чувствуешь? Отрицать притяжение, словно не тебя тянет погреться в лучах моего солнца. Не мечтаешь прижаться к моей груди, утонуть в касаниях рук.

..

С каждым словом делалось больнее, и дыхание перехватывало. Ведь он отчетливо осознает власть надо мной, поганое притяжение. Им и попрекает. Как же мерзко испытывать тягу к мужчине, для которого ты только игрушка.

- Долго будешь себя обманывать? – спросил с вызовом, а я смогла только грустно улыбнуться в ответ, теряясь от его присутствия. Его взгляд завораживал, маня в нем утонуть. Слова проникали в самую суть, отдаваясь где-то в сердце.

- Солнце жжется, убивая.

Его яркий свет превращает живое в пустыню, заставляя прятаться, - выдала напросившийся ответ с ехидной улыбкой.

- Предлагаешь мне пригасить собственное сияние, чтобы не обжечь? Стать мягче и терпимее? – извратил мои слова, вызывая порыв раздражения.

- Предлагаю прекратить этот фарс! Зачем ты затеял эту игру? Найди себе достойную, своего круга! Не надо меня мучить! – слова возмущения вырывались, сдобренные навалившимися эмоциями.

- Мучить? – с усмешкой ответил он, с иронией на меня глядя.

– Ты правда думаешь, что сможешь забыть меня или заменить? И кого присмотрела на это место, не ужели моего Охотника? – произнес с превосходством, особенно выделяя подчинение ему Серого.

В груди резко похолодело. Тонкая грань, шаг в сторону и разговор станет совсем опасным. А неприятностей для Серого не хотелось. Как ставить его в противовес принцу?

- Пустые надежды! Его привлекает только охота. Будоражит кровь, отбирает все силы и время. Разве он сменил ее на привязанность в тебе? – каждое слово как укол льда в сердце.

Пронзительно и неприятно.

- Всерьез надеешься меня забыть? – мягко улыбаясь, продолжил он, меняя напор на коварство. – Сила нашего рода неподражаема. Я могу дать тебе много, очень много, как никто другой. Просто прими, просто будь рядом, - уговаривал точно змей искуситель, заманивая сиянием зеленых глаз.

Завораживал, в который раз заставляя чувствовать это поганое притяжение. Намеренно подойдя ближе, еще больше смущая.