Охотясь на Аделин

В моей крови вспыхивает искра адреналина, усиливая тошноту. Теперь у меня нет ни тени сомнения, что он будет охотиться именно на меня.

– У той, что с оранжевыми волосами, киска такого же цвета или она крашеная? – спрашивает другой, и мне приходится стиснуть зубы, чтобы сдержать резкий ответ.

Фиби рядом со мной вздрагивает, когда Франческа рассказывает эту невероятно личную информацию о ней – приятным и ровным голосом.

Мерзкая сука.

– Мне нравится эта, – заявляет он. Я бросаю взгляд на говорящего, и отмечаю его густые черные брови, маленькие глазки и пузо.

 – Ее волосы будут прекрасно смотреться, намотанные на мой кулак, пока она будет сосать мой член."

"В горле у меня застревает комок, и я сильно рискую, на мгновение сжимая ее мизинец. Мы стоим достаточно плотно друг к другу, так что это быстрое действие остается незамеченным.

– Конечно, Бен, – мило отвечает Франческа.

Мужчина, Бен, практически пускает пену изо рта, и его холодные глаза пылают недобрым огнем. В этот момент мы с ним похожи: в голове у нас обоих коварные, злые мысли.

– Думаю, я хочу ее, – произносит блондин, кивая на меня.

Его испепеляющий взгляд не отрывается от меня ни на секунду, заставляя пот струиться по моему позвоночнику, а рвоту – подступать к горлу.

– Уверен, Ксавьер? – спрашивает Франческа. – Она еще не в том состоянии. Ее еще долго нужно лечить.

Мое сердце замирает, когда я понимаю, что он тот самый важный человек, о котором и говорила нам Франческа, – Ксавьер Делано.

И конечно же, он выбрал в качестве цели меня.

Бог? Ну почему я всегда привлекаю больших серых волков?

Он облизывает губы, и на его лице появляется жуткая ухмылка.

– Ни в чем в жизни не был так уверен, как в этом. И уверен, что очень скоро отведаю ее. Будь то сегодня… или в другой раз.

Я чувствую, как мое лицо бледнеет, и мне все труднее держаться и не разлететься на кусочки прямо на его туфли из змеиной кожи от Армани. Тогда бы он лучше вписался в это место.

Оставшиеся мужчины тоже выбирают себе цели, и вскоре Франческа выводит нас за дверь и ведет к деревьям.

Стрекочут сверчки, пронизывающий ветер хлещет по нашим негнущимся ногам. Если бы мы не были так напряжены, то сгибались бы словно резина под этими сильными порывами.

Прямо за домом пылает огромный костер, и вокруг него толпятся десятки людей, закутанные в теплую одежду и держащие в руках бокалы. Повсюду в случайном порядке расставлены большие телевизоры.