И когда мы это сделаем, я позабочусь о том, чтобы у нас было лучшее время в нашей жизни.
Его слова застают меня врасплох, и я чувствую, как мои щеки слегка краснеют, когда я улыбаюсь в ответ. Я не могу отрицать, что меня влечет к нему, но постоянное присутствие Тру и Дэра в моей жизни в настоящее время затрудняло думать о ком-то другом.
Внезапный скрип открывающейся двери приятно отвлекает меня, и мое внимание переключается на Марка, стоящего у входа с глубоко нахмуренным выражением лица.
— Вы случайно не видели Джеймса? — спрашивает он грубым и нетерпеливым тоном.
Дерек в ответ приподнимает бровь.
— Полагаю, в своем кабинете. Если нет, то он, возможно, зашел выпить кофе.
Кивнув, Марк разворачивается на каблуках и выходит из комнаты, дверь закрывается с большей силой, чем требовалось, оставляя нас на мгновение в короткой тишине.
— Он тоже кажется напряженным, — комментирую я, нарушая тишину.
Дерек тихо посмеивается."
"— Марк всегда немного на взводе. К этому привыкаешь, — прежде чем я успеваю ответить, он обращает свое внимание обратно к файлам.
— Хорошо, давай перейдем к делу. Ни одно из проведенных нами вчера интервью не дало никакой новой информации. Похоже, мы зашли в тупик.
Я киваю в знак согласия, благодарная за смещение фокуса.
— Да, это расстраивает. Мы должны начать пересматривать все заново с самого начала. Может быть, мы упустили что-то важное.
Дерек достает ручку и начинает делать какие-то пометки.
— Ты права. Давай рассмотрим каждое интервью свежим взглядом, ища любые связи или закономерности, которые мы, возможно, упустили из виду.
Пока мы углубляемся в записи интервью, я пытаюсь сосредоточиться на текущей задаче, но мои мысли постоянно возвращаются к Тру и Дэру и мистическому файлу. Я знаю, что они раскрыли некоторые подробности о коррупции жертв, но делиться этой информацией с Дереком было бы слишком рискованно, пока я не буду знать, что с ней делать и кому доверять. Кроме того, я даже не уверена, что сама полностью понимаю смысл их откровений.
С каждым мгновением бремя правды, которой они поделились со мной, ощущается как бомба замедленного действия, грозящая разрушить хрупкий баланс между моей личной жизнью и расследованием. Мне нужно быть осторожной, действовать осторожно и держать эти секреты при себе, пока я не получу лучшего понимания общей картины.
Я ловлю себя на том, что не прилагаю всех своих усилий к расследованию, зная теперь, что «жертвы» сами по себе не были невинными людьми.
