Я не хочу больше ничего слышать, я просто хочу уехать отсюда подальше.
Но я не могу бросить свою маму. Я не могу оставить ее наедине с этим монстром. Мне нужно быть сильной, такой, какой она всегда была для меня. Я не могу позволить ему больше причинять ей боль.
Однако мое тело не двигается, и становится все труднее видеть сквозь слезы.
Хотя я вижу, когда мама набрасывается на дядю Джимми, и я почти приветствую ее за то, что она такая храбрая.
— Не смей, блядь, прикасаться к ней.
Хотела бы я понимать, о чем они говорили.
Хотела бы я просто сказать дяде Джимми, чтобы он уходил. Я просто хочу обнять свою маму и снова сделать ее счастливой."
"Дядя Джимми, кажется, удивлен внезапным движением мамы. Он грубо отталкивает ее, и она отшатывается назад, пытаясь восстановить равновесие. Ее глаза на короткое мгновение встречаются с моими, и в этом взгляде я вижу любовь и ярость, как будто она воин. Мама не сдастся, ни ради себя, ни, конечно, не ради меня.
Мама тянется к ближайшей кухонной стойке и хватает нож.
Ее руки дрожат, но она протягивает его к дяде Джимми.
— Держись от нас подальше! — предупреждает она, ее голос дрожит, как и мое тело.
Но лицо дяди Джимми искажается от ярости, и он движется быстрее, чем я думала, это возможно. Он снова сильно бьет маму по лицу, заставляя ее выронить нож, который со звоном падает на пол. Мое сердце проваливается в желудок, и я хотела бы найти в себе силы подбежать к ней и защитить.
— Ты думаешь, что сможешь дать отпор? — рычит он.
Его глаза выглядят такими злыми. — Ты ничто без меня, ты слышишь? Ты просто никчемный кусок дерьма, и твоя дочь ничем не отличается. Вы обе мои, и я могу делать с вами все, что мне заблагорассудится.
Мне невыносимо слышать эти грубые слова, но я не могу прогнать их из своих ушей. Мама так старается защитить меня, сохранить в безопасности, а все, что я могу сделать, это стоять здесь и смотреть. Я чувствую себя такой маленькой и слабой, как крошечный листок, который швыряет во время шторма.
Я чувствую гнев, страх и печаль внутри себя, когда смотрю, как этот монстр причиняет боль моей маме. Я хочу подбежать к ней, встать между ней и любым вредом, но мое тело все еще не желает сотрудничать. Мой голос и мои ноги заплетаются.
Мама старается держаться прямо, даже несмотря на то, что ей больно, я вижу это по ее лицу. Она вытирает кровь с губы тыльной стороной ладони, и ее глаза снова встречаются с моими.
