— Если я прямо сейчас прикоснусь к твоей киске, ты будешь влажной для нас, Малышка?
Мое тело предает меня еще больше, и я не могу остановить дрожащий всхлип, срывающийся с моих губ.
Я пытаюсь контролировать свое дыхание, отчаянно пытаясь оттолкнуть противоречивые эмоции, которые угрожают поглотить меня. Слова фигуры, наполненные садистским предвкушением, эхом отдаются в моем сознании, смешиваясь с ощущениями их рук на моем горле и их тел, прижатых к моему.
Напряженность момента, трепет опасности и незнакомые чувства внутри меня создают хаотическую бурю замешательства.
Собрав последние остатки сил, мне удается заговорить, мой голос дрожит, но решителен.
— Я отказываюсь позволять вам манипулировать мной. Ваши извращенные желания не смогут контролировать меня.
Фигура позади меня хихикает, от этого звука у меня по спине пробегает холодок.
— О, Малышка, дело не в манипуляции. Речь идет о том, чтобы открыть свое истинное «я», желания, которые таятся внутри. Мы можем освободить тебя.
Рука в перчатке покидает мое горло, и волна облегчения захлестывает меня. Однако, прежде чем я могу полностью осознать ситуацию, я чувствую, как его пальцы прокладывают дорожку вниз по моему телу, останавливаясь на поясе брюк."
"Я напрягаюсь, мои инстинкты призывают меня сопротивляться, но небольшая часть меня сомневается в глубине моих собственных желаний. Я борюсь с мыслями, которые мелькают у меня в голове, с теми, которые говорят мне сдаться.
Голос фигуры, теперь уже просто шепот, снова достигает моих ушей.
— Не бойся того, чего ты действительно хочешь, Малышка. Прими темноту. Сдавайся.
Эти слова разжигают во мне опасное любопытство, смешивающееся со страхом, который все еще сохраняется. Это дразнящая прогулка по краю запретной территории.
Я настолько захвачена собственными мыслями и эмоциями, что едва замечаю, когда пальцы в перчатках расстегивают пуговицу моих брюк. Пальцы скользят в отверстие, мимо моего нижнего белья и прямо туда, где, я уже знаю, у теку для них.
Я ахаю, прикосновение электризует. Пальцы фигуры движутся с нарочитой медлительностью, дразня и исследуя, раздвигая границы моего сопротивления.
Я изо всех сил пытаюсь сохранить самообладание, цепляться за последние остатки неповиновения. Каждая клеточка моего существа кричит мне сопротивляться, вырваться из этой ситуации. Но тихий голос внутри меня, голос, который я так долго подавляла, шепчет о капитуляции.
