Охота на мужа, или Заговор проказниц

– Один раз звонила какая-то умалишенная и говорила про какую-то кассету…

– Если я буду воспринимать все близко к сердцу, то я загнусь на следующие же сутки. Меня каждый день шантажируют с какой-нибудь кассетой. Я не обратил на это внимания.

– Тогда зачем она продиктовала мне ваш адрес?

– Не знаю. Может быть, она нашла его на киностудии. В принципе мой адрес можно узнать без особого труда и денег. Я вообще не понимаю, про кого выговорите…

– Про ту девушку, с которой вы спали в гостиничном номере…

– Если я буду запоминать всех девушек, с которыми сплю…

– Вы еще играли в гинеколога.

– Иногда я балуюсь какими-нибудь играми. Это нужно для полного расслабления организма… Я не вижу в этом ничего ужасного. Каждый удовлетворяет свои потребности, как ему нравится.

Мне хотелось верить режиссеру, уж слишком он был напуган, разбит и подавлен. Такой великий, недоступный и такой неземной стоит на кладбище с лопатой в руках и со слезами на глазах пытается убедить меня в том, что он знать не знает мою подругу Не выдержав, я достала из сумочки мобильный телефон и попыталась позвонить Светке, но и на этот раз у меня ничего не вышло.

– Ну что? – тихо спросил меня плохо выглядевший, уставший Денис.

– Мобильный выключен.

– Может, она где-нибудь загуляла? Ты же сама видела, что этот мужик встречался со своей любовницей.

– Может, у этой артистки в сумочке были точно такие клипсы?!

– Нет. Светка знает, что я за нее переживаю. Если бы она пошла в разнос, то не отключала бы свой телефон.

Я и сама чувствовала всю нелепость этой ситуации и как-то нервно пожала плечами. Мне показалось, что время остановилось и неизвестно когда стрелка циферблата пойдет дальше.

– Тогда пусть роет могилу, – тихо сказал Денис и подошел к режиссеру поближе. – Мужик, мы тут с тобой всю ночь стоять не будем. Мне самому в больницу нужно. Давай рой могилу и дело с концом!

– Я сказал вам всю правду…

– Копай! – закричал Денис и приставил к голове режиссера пистолет.

Режиссер стал громко стонать от боли в несгибающейся ноге и выкорчевывать из земли куски глины.

– Копай, сволочь, или я нажимаю на курок!

Режиссер обреченно посмотрел на рукоятку револьвера и все с теми же стонами продолжил копать.

– Я не знаю никакой Светы и никогда не знал…

Неожиданно он отбросил лопату, упал в небольшую выкопанную яму и стал громко рыдать…. Эти рыдания чуть не разорвали мое сердце, чуть не вывернули его на изнанку.