Охота на мужа, или Заговор проказниц

Ерунда, так говорят только для успокоения и для оправдания собственного бессилия. Чувства отнимают последние силы…

Нужно чувствовать себя, это важно, и.., впитывать в себя, как в губку, чувства других людей. Что такое любовь?

Это болезнь души и сердца. А это плохо. Это очень плохо.

Так можно подорвать здоровье. Мне нужно здоровое сердце и такая же здоровая душа.

Нужно быть расчетливой.., холодной и расчетливой… – проносилось в моей голове. Нужно быть стервой, потому что мужики любят стерв. И чем баба стервознее, тем больше ее любят.

– Анька, постой! – донеслось до моего сознания.

Я не остановилась. Я побежала еще быстрее. Прямо на каблуках, размахивая дамской сумочкой. Я боялась остановиться и сбить дыхание, потому что тогда мне придется намного труднее. Когда-то, в детстве, я занималась спортом. Я знала, что если собьется дыхание, то восстановить его будет довольно трудно. Мне показалось, что за моей спиной послышался топот ног, но затем он исчез. А может, и в самом деле все это мне только показалось?

Бег всегда был моим любимым видом спорта.

Я бегала на дальние дистанции, завоевывала призы и всегда рассчитывала свои силы. Мои одноклассники сбивались с ритма, хватались за бока, сходили с дорожки, бледнели, задыхались, просили воды и с особой злостью смотрели мне вслед… А я бежала. Тихо, спокойно, размеренно… Я никогда не держалась за бок. Я знала, где нужно немножко убавить набранную скорость, а где, наоборот, прибавить обороты. Я бегала такие марафоны, которые были не под силу профессиональному спортсмену.

Они ждали, когда я свалюсь или просто сойду с дистанции. Но я никогда с нее не сходила. Я могла бегать сутки, словно во мне батарейки, прочные надежные батарейки, подпитывающие меня энергией. А мой секрет был прост.

Да, наверно, и не было никакого секрета. Я просто хотела быть первой. Вот и все. Первой во всем, а особенно в спорте. Я подчинила свой организм своей воле и заставила его работать, как хорошо отлаженные часы.

Бог мой, прошло столько лет, а ничего не изменилось. Я все так же бегу. Только мне уже почти тридцать, но я не думаю, чтобы кто-нибудь смог меня догнать…

Неожиданно мне перегородил дорогу глазастый «мерседес» из которого выскочил Денис.