Охота на некромантку. Жена с того света (СИ)

И хотя мелкий агрессивный монстрик смотрелся со стороны забавно, мне было не до смеха. Я видела, что стало с крысой. Чутье подсказывало – этот хомяк конченный, лучше с ним не связываться, ему терять нечего.

— Это что, Сигизмунд? — поразилась Медина.

— Какой-то он плешивый, — заметили близнецы, почти всегда говорящие хором.

— Он просто болеет, — вступился за друга Стефан, а потом протянул руки к хомяку: — Иди ко мне, Сигизмунд, я отнесу тебя в домик.

Хомяк потянул носом воздух, принюхиваясь к мальчику. На секунду показалось – узнал.

Но, видимо, мозги умертвия превратились в желе. Минутная заминка закончилась, и глаза Сигги снова заблестели жаждой крови.

— Медина, быстро уведи младших, — я подтолкнула к девочке Стефана и близнецов.

Просить дважды не пришлось. Схватив сестру с братьями за руки, она потянула их прочь из кухни. Вот только Стефан всячески сопротивлялся, цепляясь за все подряд.

Надо было что-то срочно предпринять, и я не придумала ничего лучше, чем запустить в хомяка первым, что под руку подвернулось.

Это оказалась пачка соли. Снаряд просвистел прямо над головой умертвия. Оно дернулось от неожиданности, спрыгнуло на пол и дало деру.

— Нет, Сигизмунд, постой! — кричал ему вслед Стефан.

— Пусть идет, — сказала я. — Сигизмунд жив – это главное. Просто ему нужно немного личного пространства.

— Зачем ты его прогнала? — Стефан поднял на меня глаза снова влажные от слез.

Как же тяжело с этим ребенком… Кто бы подумал, что именно тихоня Стефан доставит мне больше всего проблем. Обижать его не хотелось, но позволить ребенку общаться с мертвым хомяком я тоже не могу.

Я смотрела «Восставших из ада» и в курсе, чем там все закончилось.

— Стефан, милый, — вздохнув, я присела перед ним на корточки и взяла его за плечи, — Сигизмунд уже не тот, что был прежде. Теперь находиться рядом с ним опасно. Я не хочу, чтобы ты пострадал.

Вроде сказала все правильно. Четко, по-взрослому, но вместе с тем ласково. Но мальчик меня не услышал. Дернувшись, он вырвался из моего захвата и заявил:

— Ты не такая, как я думал.

Сигизмунд хороший, ему просто страшно и одиноко. Ты-то должна его понимать.

— Почему это? — нахмурилась я.

— Вы ведь одинаковые, — выдохнул Стефан и, развернувшись, зашагал прочь.

А я, опешив, смотрела ему вслед. Так, кто еще считает меня умертвием, как Сигги? Я-то была уверена, что мне удалось всех обмануть.

— Вы тоже так думаете? — спросила я оставшихся детей.

Все трое дружно пожали плечами.

— Лично нам все равно, — обнадежили близнецы.