Охота на разведенку (СИ)

Он, не разрывая поцелуя, где не удержался и все же перехватил инициативу, мягко провел по бедрам, поднимая полы халатика и лаская пальцами промежность сквозь хлопковые трусики. Марина застонала ему в рот, тихо и сладко, и с готовностью раздвинула ноги, впуская его пальцы, которые, почувствовав свободу, тут же отодвинули в сторону ластовицу и проникли в мягкую плоть. Горячую и уже влажную.

Олег, чувствуя, как возбуждение бьет прямо в пах, доставляя дискомфорт, хорошо знакомый каждому мужчине, ловко переместил Марину так, чтоб ее ноги расположились по обе стороны от него, чуть отодвинулся от стены, давая простор для маневров.

Конечно, хорошо бы на кровать переместиться, там удобнее, однозначно, но Марина была настолько поглощена происходящим, настолько тянулась к нему, стремясь, как виноградная лоза, обвиться, слиться с его телом, что все мысли о неудобстве ушли на задний план.

Джинсы на молнии — это супер-изобретение!

Как и отщелкивающаяся пряжка ремня.

Марина застонала и выгнулась ломко, принимая его в себя, мягко, основательно, до упора.

Он вернул ее, откинувшуюся назад, обратно к своим губам, и тут же ощутил, с какой радостной готовностью его женщина тянется, чтоб получить поцелуй. Чтоб заглянуть в глаза, и увидеть там…

Что она хотела в них увидеть, настойчиво вглядывась, блестя непролитыми слезами, так серьезно, так остро?

Увидела ли то, что хотела?

Олег так и не понял в тот момент этого, потому что Марина прикрыла глаза, опять впилась в его губы и сама двинулась на нем, скользя вверх и вниз.

Томно и нежно. С такой возбуждающей плавностью, что Олег какое-то время даже не помогал ей, чувствуя, что Марине именно так надо, в таком темпе, с такой силой.

С каждым своим движением она словно что-то окончательно отдавала ему, и, несмотря на то, что тело было дико благодарно, сердце наполнялось непонятной тревогой.

Вот только даст Марине все то, чего она хочет сейчас.

Чего она добивается этим сексом.

Олег положил руку затылок женщины, властно притягивая к себе, давая понять, кто здесь, реально, владеет ситуацией, и от кого все зависит, вжался в дрогнувшие губы жестоким поцелуем, а затем, другой рукой зафиксировав ее бедра в неподвижности, начал жестко вбиваться снизу вверх, подбрасывая ее легкое тело собой и не давая опомниться, ломая прежний, отчаянно нежный ритм прощального секса…

Вот оно, слово! Обожгло сознание, заставило разозлиться.