Охота вслепую

…Через два дня Домовой с утра занял огневую позицию на холме и, прячась в тени деревьев, утюжил взглядом в оптический прицел поместье синьора Наполитано. Домовой наведывался сюда вчера, побывал на соседнем холме, отстоящем от особняка Наполитано гораздо дальше, но в двадцатикратный бинокль отчетливо видел, как хозяин в восемь часов утра вышел на крыльцо, потом прогулялся в компании своих «карабинеров» по двору и уселся на открытой веранде пить кофе. Оставленный со вчерашнего вечера на наблюдательном пункте Лесоповал не зафиксировал внезапного отъезда хозяина, так что оставалось только дождаться его появления на крыльце…

Домовой прибыл сюда до рассвета и, заняв удобную позицию на вершине холма, откуда открывался прекрасный вид на двор перед особняком Наполитано, стал ждать.

Семизарядная винтовка с отличной немецкой оптикой лежала рядом, готовая к бою.

Лежа в тени листвы, Домовой внезапно испытал странное чувство — не то что неуверенности, но какого-то сомнения, что ли… Он подумал, что если сейчас вдруг что-то пойдет не так, как запланировал Сержант и к чему он, Домовой, так долго мысленно готовился, то, возможно, все психическое напряжение этих дней, связанное с нетерпеливым ожиданием развязки долгой охоты на ублюдка итальяшку, выльется в жуткий мандраж, который потом трудно будет преодолеть.

Сержант предупреждал его об этом — даже слово говорил: «перележка». Охотничий термин… Да, бляха-муха, если, не дай бог, сегодня сорвется… Но Домовой и думать не хотел об этом. Потому что все его мысли были заняты совсем другой заботой: сегодня он должен будет убить человека — впервые в своей жизни. Сержант предупреждал, как бывает непросто сделать первый смертельный выстрел. Но одно дело слушать инструктора, и совсем другое дело — самому испытывать это угнетающее ощущение себя в роли убийцы… Хотя уж кто-кто, а Наполитано натворил столько мерзостей, что такому подонку пустить пулю в лоб — считай, оказать большую милость…

В пять минут девятого Домовой увидел синьора Наполитано со свитой.

Дон вышел из особняка, огляделся и направился обычным своим маршрутом. За ним потянулись трое ребят в черном. Когда Наполитано поравнялся с круглым фонтаном в центре двора, Домовой аккуратно навел перекрестье прицела на лысину крестного отца и спустил курок. Он отчетливо увидел, как дернулась круглая голова и, окрасившись красным, треснула… Домовой поспешно отвел глаз от окуляра: он не мог выдержать этого рвотного зрелища.