Охота вслепую

Но что это изменит? Российский заказчик найдет нового убийцу, а потом еще и еще… Кому-нибудь из них может повезти. В наше время убить нетрудно даже президента Соединенных Штатов — были бы деньги. А деньги там имеются.

— И что же тогда делать?

— Надо обратить оружие наших врагов против них самих. Умнее всего в данной ситуации вынудить этого самого Сержанта работать на меня. И если он убьет того, кто заказал меня, с нашей стороны это будет самый умный вариант.

— Это будет трудновато, — покачал головой Марчелло.

— Не так уж и трудно, мой мальчик. Я в юности занимался керамикой… Ты не знал? Да, я лепил из глины сосуды, вазы, кувшины… Дома, на Сицилии. У меня неплохо □случалось. Человек — податливый материал. Как глина. Из человека можно вылепить все, что угодно. Но тут нужен навык умелого гончара. С одним нужно действовать хитростью, с другим — силой. Сержанта силой не возьмешь, а вот хитростью можно. Причем хитрость должна быть замаскирована под симпатию или сочувствие… Потому что человек всегда испытывает благодарность к тем, кто интересуется его проблемами, бедами, горестями… Прояви к Сержанту толику сочувствия, пообещай помочь его беде… ну, скажем, вызволить из тюрьмы его младшего брата — возможно, он станет на нас работать.

— Я не думаю, что он так прост, — возразил Марчелло.

— Это один из вариантов, — смиренно кивнул Россетти. — Все зависит от полноты нашей информации. Надо побольше разузнать о международных гастролях Сержанта в последние десять лет.

Не сомневаюсь, там есть масса такого, о чем синьор Сержант предпочел бы забыть навсегда… То, о чем не забыли ни в Интерполе, ни в службах безопасности многих стран… Родственные чувства — сильный аргумент, но чувство самосохранения, желание спасти свою шкуру — пожалуй, аргумент посильнее. Вот что, Марчелло, соедини-ка меня через четверть часа с моим старым другом герром Йоргом Моргентау.

— Это не тот ли Моргентау, который возглавляет австрийское бюро Интерпола?

— Он самый.

Моргентау мне кое-чем обязан… Вот и пришла пора платить по старым долгам…

С утра ветер нагнал облака, было пасмурно, но как-то не слишком мрачно, и в частых прогалинах между туч виднелись голубые кляксы ясного неба. Однако солнце так и не проявилось к полудню, так что было даже свежо. Обитатели Неаполя, особенно неаполитанки, и не думали одеваться потеплее, а продолжали, несмотря на пронизывающий ветер с моря, разгуливать в легких открытых платьицах.