Охота вслепую

Но оставил его на десерт…

Сержант допил свою кока-колу и уже собрался выбросить пустую жестянку, как вдруг насторожился. Сначала он не мог понять причину. Но потом понял: на него кто-то пристально смотрел. И он подсознательно ощутил на себе этот внимательный взгляд. Нервно смяв банку и бросив ее в урну, Степан лениво откинулся на спинку и с равнодушным видом поглядел в ту сторону, откуда его сверлил чужой взгляд. На соседней скамейке сидели двое молодых оборванцев в джинсах и майках и о чем-то жарко спорили. За ними на травке расположилось трио музыкантов: скрипка, виолончель и флейта — на флейте, кажется, играла девчонка.

А вот и глазастый. На дальней скамейке. Один. Высокий невзрачный хмырь буквально сверлит его взглядом. Сержант лениво отвел глаза и стал наблюдать за своими курсантами. Вот святая простота: болтают себе, ни сном ни духом не подозревая, что к ним привязан хвост.

Что-то надо делать. Но что? Незнакомец вел себя очень странно. Он вдруг поднялся со скамейки, встал посреди аллеи и, уставившись на Сержанта и его помощников, задымил сигаретой.

Скорее всего, кроме него здесь по кустам засел еще целый взвод.

Интересно, подумал Сержант, это человек Россетти или полицейский в штатском? Если полицейский, то, возможно, обойдется. А если соглядатай мафии — это уже посерьезнее. Сержант искренне позавидовал безмятежности своих парней. Они переговаривались, похохатывали и принялись швырять пустые банки в дальнюю урну, соревнуясь в меткости. Просто как дети…

Сержант тихо сказал:

— Ребята, кажется, мы влипли.

Нас пасут. Только не дергаться! Продолжайте болтать и не вертите головами. Я встану и уйду. Если пасут лично меня, хвост увяжется за мной. Но не исключено, что в кустах сидят другие филеры. Если вон тот долговязый на скамейке пойдет за мной следом, минуты через три уходите по одному. И попетляйте по городу час-другой, посмотрите, нет ли за вами хвоста… Да не верти ты башкой! — яростно прошипел Сержант Домовому, который попытался повернуть голову в сторону высокого хмыря, торчащего жердью посреди аллеи.  — Ну все, я пошел!

Он встал и двинулся не спеша в глубь аллеи. Долговязый, что облизывал Сержанта взглядом, пошел следом. Степан весь подобрался и, ускорив шаг, тронул правой рукой левую подмышку, нащупав кобуру и рукоятку пистолета. Когда они отошли от скамейки метров на сто и оказались в безлюдной части аллеи, долговязый приблизился вплотную сзади:

— Если не ошибаюсь, мистер Долан? — произнес он на ломаном русском языке.