Охота вслепую

Или, может быть, я видел вас во сне? — улыбаясь, заметил Степан. — Вы, я вижу, свободны, да и я тоже не связан графиком. Что, если нам сойти на ближайшей остановке и прогуляться вместе по городу? Заодно вы сможете обновить туфельки… Учитывая, что это образец, я мог бы вам уступить их за символическую цену.

— Вы коварный соблазнитель! — засмеялась Ирэн, обнажая два ряда жемчужно белых зубов.

Через час они сошли в Лугано. Свой чемодан Сержант сдал в камеру хранения, предварительно вынув из него коробку с коричневыми туфельками (Ирэн обожгла его благодарным голубым взглядом).

А еще через полчаса Сержант, затворив дверь двухместного номера в тихом привокзальном отеле, обернулся к Ирэн и обнял ее за плечи:

— Может быть, сначала закажем что-нибудь поесть? И выпить?

— Может быть, — кокетливо улыбнувшись, согласилась пани Кочетковска.

— Но не сейчас, а после! — воскликнул Степан, увлекая ее в свои объятья. — Сначала я хочу отведать тебя!

— Да? Ты такой темпераментный…

В спальне Сержант подвел Ирэн к широкой кровати, застеленной розовым атласным покрывалом, и стал ее раздевать.

Она не сопротивлялась, закрыла глаза и улыбалась загадочно и томно. Черная юбка полетела на пол, за ней легкая черная блузка, он одним движением расстегнул две застежки на бюстгальтере и выпростал из ажурных черных чаш два упругих полушария с темными кружками вокруг сосков. И только сейчас он ощутил застегнувшую его волну острого и далеко не романтического желания.

— Но, может быть… Ах! — только и успела прошептать Ирэн, как Степан уже мощным толчком вторгся в нее и стал врубаться раз за разом все глубже, обхватив руками ослепительно белые округлости зада.

Она застонала, впившись ногтями ему в плечи, а он вдруг выскользнул из нее и, быстро опустившись перед ней на колени, вонзил язык в розовый холмик между влажных побагровевших створок ее раковины… Ирэн застонала громче, отдаваясь сладостному удовольствию, которое он ей доставлял. Когда ее стон перешел в тихие прерывистые всхлипывания, он оторвался от липкого ущелья, грубовато перевернул ее на живот, подогнул ей ноги в коленях и, помогая себе пальцами, вонзился в горячее скользкое жерло…

— О-о боже-е! — жарко прошептала она, когда все было кончено.

 — Да ты неистов, как африканец, Клод Тернье! Мне надо отдохнуть после такого мощного натиска… Налей мне немного коньяку.

Сержант вышел в гостиную и притворил за собой дверь. Но не совсем плотно, чтобы оставалась щелочка.