Охотник за тенью

Кропп давал им прозвища, связанные со сказкой, которую он выбирал для терапии. Доктор стремился восстановить личность ребенка. Никола Гави, например, был «хрупким и опасным», как стекло. А соляной мальчик из сказки был умнее других ребят, но именно поэтому все его избегали: он разрушал все, к чему прикасался. Гави сказал, что у этого мальчика был высочайший коэффициент умственного развития…

Клементе начал догадываться.

– Христос определил своих учеников как «соль земли», чтобы подчеркнуть всю ценность их знания: ведь им явлена истина в Боге.

– Психопат-всезнайка, – повторил Маркус. – Думаю, на этой видеокассете мы увидим нашего монстра в детские годы.

Лаборатория технологического анализа – ЛТА – при квестуре Рима была одной из самых передовых в Европе. Она занималась всем, от расшифровки ДНК до тонкой электроники.

Руководил ею Леопольдо Стрини, тридцатипятилетний эксперт, бледный, лысеющий, в очках с толстыми стеклами.

– Здесь мы разгадываем коды и восстанавливаем содержание разговоров по телефонной и сотовой связи, – объяснял он Сандре. – Если, к примеру, в записи имеются пробелы, аппаратура ЛТА в состоянии заполнить их точно теми словами, какие были произнесены. Или фотография, сделанная в темноте: мы можем проявить изображение так, будто все происходило ясным днем.

– Как это у вас получается? – спросила Сандра.

Стрини подошел к одному из терминалов, стоящих в просторной комнате, и с довольным видом похлопал по монитору:

– Благодаря мощнейшему передовому программному обеспечению уровень допустимой ошибки для нас – ноль целых девять сотых.

Компьютеры – вот в чем заключалась тайна этого места. ЛТА обладала технологиями, какими не владел никто другой, будь то государственное учреждение или частная фирма. Просторная комната, где все это помещалось, располагалась в подвале квестуры. Окон там не было, работала вентиляционная система, которая поддерживала постоянную температуру, чтобы сложные приборы не вышли из строя.

Это место, подумала Сандра, то ли биологическая лаборатория – вот стойка с микроскопами и всем прочим, – то ли центр информатики и электроники, о чем свидетельствуют паяльники, платы и различные инструменты.