Охотники и жертвы

Впрочем, год назад я расхохоталась бы также и оттого, если бы мне сказали, что у нее возникнет желание резать собственные запястья или заставить кого-то «расплатиться» за содеянное.

В этот момент я внезапно поверила, что она способна сделать невозможное. И должна обеспечить, чтобы этого не произошло.

«Спаси ее. Спаси ее от нее самой».

– Мы уходим. – Я схватила ее за руку и потащила по коридору. – Прямо сейчас.

Гнев мгновенно сменился непониманием.

– О чем ты? В лес, что ли, пойдем?

Я не отвечала.

Что-то в выражении моего лица или словах, видимо, напугало ее, она больше не задавала никаких вопросов, пока я уводила ее от столовой и дальше, к парковке, на которой стояли автомобили, принадлежащие гостям сегодняшнего вечера. Один из них был большой «линкольн таун-кар», и его водитель как раз запускал мотор.

– Кто-то, наверно, рано уезжает, – сказала я, глядя на него из-за кустов. Оглянувшись, я убедилась, что позади никого нет.

 – Они, наверно, могут появиться в любую минуту.

И тут до Лиссы дошло.

– Когда ты сказала: «Мы уходим», ты имела в виду… Нет, Роза, мы не можем покинуть Академию. Нам в жизни не пройти через караульных и пропускные пункты.

– Нам и не придется, – твердо заявила я. – Шофер все сделает.

– Но как заставить его помогать нам?

Я набрала в грудь побольше воздуха, сожалея о том, что предстояло сказать, но выбирая из двух зол меньшее.

– Помнишь, как ты заставила Вейда?

Она вздрогнула, но кивнула.

– Сейчас тебе придется сделать то же самое. Подойди к шоферу и вели ему спрятать нас в своем багажнике.

Шок и страх нахлынули на нее. Она не понимала и была напугана. Очень сильно напугана. Впрочем, это началось не сейчас: сначала исцеление и сопровождающая его депрессия, потом Вейд. Очень уязвимая вообще, сейчас в особенности, она находилась на грани чего-то, недоступного нашему пониманию.

Однако, несмотря на все это, она верила мне. Верила, что я сумею защитить нас обеих.

– Хорошо. – Она сделала несколько шагов в сторону шофера и оглянулась на меня. – Зачем? Зачем мы делаем это?

Я подумала о яростном гневе Лиссы, о ее желании пойти на все, лишь бы отомстить Вейду. И подумала о госпоже Карп – симпатичной, но неуравновешенной госпоже Карп, которая стала стригоем.

– Потому что я забочусь о тебе, – ответила я.