Охотники и жертвы

Она обещала нам это, если мы будем говорить, что мы… ну, ты знаешь…

Я состроила гримасу.

– Но не одновременно же вы этим с ней занимались?

– Нет, – ответил Джесси с видом отвращения.

Ральф кивнул в знак согласия.

– Господи… – пробормотала я и встряхнула головой, отбрасывая с лица волосы. – Просто не верится, что она так сильно нас ненавидит.

– Эй! – воскликнул Джесси, по-своему истолковав мои слова. – На что ты намекаешь? Мы ничего такого ужасного не делали. Если уж на то пошло, мы с тобой… мы тоже были близки к тому, чтобы…

– Нет.

Ни к чему мы не были близки, – отрезала я, а Мейсон снова рассмеялся, и тут меня осенило. – Если это… Если это случилось до того, как вы распустили языки, значит… она тогда еще встречалась с Аароном.

Мия действительно ненавидела нас. Она вышла из роли бедняжки, обиженной братом другой девочки. Спала с этими двумя, да еще и обманывала своего бойфренда, которого якобы обожала. Джесси и Ральф явно испытали облегчение, когда мы двинулись прочь. Мейсон ленивым жестом закинул мне на плечо руку.

– Ну, что скажешь? Я дожал их? Можешь похвалить меня, я не возражаю.

– Как ты до всего этого докопался?

– Попросил расплатиться за кое-какие оказанные услуги. Прибег к угрозам. Факт тот, что теперь у Мии вырвано жало.

Я вспомнила, как Мия приставала ко мне не так давно. Мне не казалось, что теперь у нее «вырвано жало», но вслух я высказываться не стала.

– Они начнут рассказывать остальным в понедельник, – продолжал Мейсон. – Так мы договорились.

После ланча уже все будут знать.

– Почему не сейчас? – надулась я. – Они спали с девушкой. Известие об этом повредит больше ей, чем им.

– Ну, тоже верно. Просто сегодня у них есть другие занятия. Ты, если хочешь, можешь сама уже сейчас начать рассказывать всем. Или, скажем, мы изготовим плакат.

Учитывая, сколько раз Мия обзывала меня шлюхой? Не такая уж плохая идея.

– Достанешь бумагу и карандаши?..

Я замолчала, заметив на той стороне зала Лиссу, окруженную своими поклонниками.

Аарон стоял, обхватив ее за талию. На ней было розовое хлопчатобумажное облегающее платье, которое мне никогда не удавалось натянуть. Зачесанные вверх белокурые волосы образовывали пучок, прихваченный маленькими хрустальными шпильками. Это выглядело почти так, как будто на голове у нее корона. Принцесса Василиса.

Ею владели те же чувства, которые я воспринимала раньше, – беспокойство и возбуждение. Для нее это не просто приятный вечер.