Охотники и жертвы

 – Они…

Медленно, осторожно я мысленно перестала сдерживать себя и проскользнула в тело Лиссы. Я сидела в машине, дорогой машине с затемненными стеклами, пропускающими совсем мало света. Может, в Академии сейчас и «ночь», но для всего света белый день. Машину вел один из стражей, которых я видела в церкви, другой сидел впереди, рядом с ним… и я его узнала. Спиридон. Лисса сидела сзади со связанными руками, рядом с ней еще один страж, а с другой стороны…

– Они работают на Виктора Дашкова, – задыхаясь, сказала я, снова сфокусировав внимание на Кировой и остальных.

 – Это его стражи.

– Принц Виктор Дашков? – фыркнул один из стражей.

Можно подумать, существовал какой-то другой чертов Виктор Дашков.

– Пожалуйста, – простонала я, стиснув руками голову. – Делайте что-нибудь. Они уже далеко. Они на… – В моем сознании на мгновение вспыхнул вид из окна машины. – Они на восемьдесят третьем. Едут на юг.

– Уже на восемьдесят третьем? В таком случае, как же давно они уехали? Почему вы не пришли раньше?

Мой взгляд с тревогой метнулся к Дмитрию.

– Заклинание принуждения, – медленно сказал Дмитрий. – Заклинание принуждения в ожерелье с кулоном, которое он подарил ей. Оно заставило ее напасть на меня.

– Никто не может использовать принуждение такого рода! – воскликнула Кирова. – Этого не происходило века.

– Ну, кто-то может. К тому моменту, когда я одолел его и в конце концов снял ожерелье, было потеряно много времени.

Дмитрий произнес все это с совершенно бесстрастным лицом; никто не поставил его слова под сомнение.

И наконец-то все завертелось. Брать себя со мной они не хотели, но Дмитрий настоял, понимая, что я могу привести их к Лиссе. Три команды стражей уселись в зловещие черные внедорожники. Я ехала в первом, рядом с Дмитрием, который правил. Минута проходила за минутой. Заговорили мы только раз, когда я сообщила очередные новости:

– Они все еще на восемьдесят третьем… но скоро свернут. Едут не очень быстро. Не хотят, чтобы их задержали за превышение скорости.

Он кивнул, не отрывая взгляда от дороги. Он-то определенно ехал очень быстро.

Искоса глядя на него, я проиграла в уме недавние события, внутренним взором снова увидев все – как он смотрел на меня, как целовал.

Что это было? Иллюзия? Трюк? Когда мы шли к машине, он сказал мне, что в ожерелье действительно было заклинание принуждения, – принуждения к страсти. Я никогда не слышала ни о чем подобном и попросила объяснить подробнее.