Охотники и жертвы

Ничего, чем можно снести ей голову. Никакой возможности застрелить. Самым лучшим выходом казалось бегство, однако она блокировала мне путь.

Чувствуя свою беспомощность, я просто отступала по коридору, а она надвигалась на меня. Ее движения утратили всякую неуклюжесть и выглядели гораздо грациознее, чем когда бы то ни было. Потом, тоже быстрее, чем когда бы то ни было, она прыгнула на меня, схватила и стукнула головой о стену. Под черепом взорвалась боль, во рту появился привкус крови. Я яростно сражалась с ней, в смысле, просто отбивалась, но это все равно что бороться с Дмитрием.

– Моя дорогая, – промурлыкал Виктор, – постарайся не убивать ее без крайней необходимости. Позже можно будет ее использовать.

Наталья остановилась на мгновение, дав мне возможность отступить, но не отрывая от меня холодного взгляда.

– Хорошо, постараюсь. – В ее голосе прозвучали скептические нотки. – Выходи отсюда, – добавила она, обращаясь к отцу. – Встретимся, когда я закончу здесь.

– Глазам своим не верю! – закричала я вслед уходящему Виктору.

– Последнее средство спасения. Жертва, которую пришлось принести во имя великой цели. Наталья все понимает.

С этим словами он скрылся за поворотом.

– Правда? – спросила я, надеясь отвлечь ее разговором, хотя бы немного, и пытаясь за словами скрыть ужас и потрясение, которые испытывала. – Действительно понимаешь? Господи, Наталья, ты… ты пошла на это. Только потому, что он велел тебе?

– Мой отец великий человек, – ответила она.

– Ты в своем уме? – закричала я, снова попятилась, внезапно уткнулась в стену и впилась в нее ногтями, как будто надеялась прорыть насквозь ход. – Ты и есть стригой.

Она пожала плечами почти как прежняя Наталья.

– Я должна была поступить так, чтобы вызволить его отсюда, пока не подойдут остальные. Один стригой спасает всех мороев. Оно того стоит. Стоит ради такого отказаться от солнца и магии.

– Но ты же захочешь убивать мороев и не сможешь противостоять этому желанию!

– Он поможет мне управлять собой. Если же нет, им придется убить меня.

Она выбросила вперед руку и схватила меня за плечо. Я вздрогнула, услышав, с какой легкостью она рассуждает о собственной смерти. Почти с такой же, с какой, по-видимому, была готова убить меня.

– Ты сошла с ума. Невозможно любить его так сильно. Невозможно…

Она снова отшвырнула меня к стене.