Охотница для оборотня (СИ)

- А мёртвых? – Не удержалась я, уж слишком странно всё это было.

- И мёртвых тоже, - усмехнулся Арон. – Прекрати накручивать себя и сообрази нам что-нибудь поужинать.

- Слушаюсь, - я изобразила бравого стражника, исполняющего приказ командира и занялась сервировкой стола.

В доме ведьмы я набрала немало еды, в мешок попали даже несколько фруктов. Я взяла из тумбы тарелки и нож, протёрла всё чистым полотенцем и принялась за готовку, точнее нарезку уже готового к употреблению.

Очень хотелось спать, поэтому мы быстро поели и, оборвав остатки балдахина на кровати, устроили себе постель из шкур.

Воздух в пещере постепенно нагрелся, здесь даже стало почти уютно, я сняла одежду и нырнула в объятия Арона, думая, что сразу же усну от усталости.

Но меня встретили тёплые губы, которые целовали меня со страстью, разжигавшей огонь в моей крови, будившей желание. Я застонала, и он начал целовать меня ещё иступленнее, вкладывая в свой поцелуй всю свою тоску, весь свой страх, снедавшие его, пока он разыскивал меня в Вердене, а затем в лесу.

Очень скоро нам стало жарко, и шкура упала на пол. Арон приподнялся на локте, разглядывая меня, его глаза потемнели от желания обладать мною. И я подалась ему навстречу, подставляя грудь его губам. Мужчина не медлил, он ухватил один сосок, втягивая его ртом и прикусывая зубами, затем другой. Я выгибалась, стонала, дыхание сбивалось. Сейчас мне хотелось лишь одного – чтобы он скорее взял меня и утолил нашу общую жажду.

- Арон, - попросила я.

И он, также изголодавшийся, вошёл в меня, уже готовую, истекающую, манящую…

Сейчас он не был ни напорист, ни жаден.

Он заполнил меня медленно, с томящей нежностью, не отпуская моих губ, глядя в мои глаза, окутанные дымкой страсти. Мы двигались в унисон, идеально чувствующие друг друга, созданные друг для друга. Срываясь в волны оргазма, я слышала его тихое признание.

- Я тоже люблю тебя, - прошептала ему на ухо, когда снова смогла говорить.

Мы лежали, опустошённые, оглушённые своими чувствами, их остротой и одновременно нежностью.

Я улыбалась, прижимаясь к его груди, вдыхая его родной запах.

- Кхе-кхе, голубки, вы уж простите, что нарушил ваше уединение, - раздался от входа по-стариковски скрипучий голос.

Мы оба вскочили, только я приподнялась выше на кровати и подняла шкуру с пола, чтобы прикрыться, а Арон вышел вперёд, защищая меня собой.

- Ой, ой, - на самой границе света, излучаемого факелами на стенах и огнём в очаге, стоял карлик и шутливо прикрывал глаза рукой.