Охотница для оборотня (СИ)

Повезло хотя бы, что в этих широтах было теплее, снег сошёл раньше, и в лесу уже стало более-менее сухо.

Но так я не доберусь ни до ветки, ни до оборотня. Надо что-то срочно придумать с ногой. Я приняла сидячее положение и, сжав зубы, стянула сапог. Стопа выглядела ужасно, она распухла и посинела. Я чуть не заплакала от жалости к себе. Лишь неизвестность и отсутствие каких-либо сигналов от оборотня не позволили мне дать слабину. Я сняла холщовый мешок, каким-то чудом сохранившийся за спиной на обеих лямках, и заглянула внутрь.

Вот этот кусок чистой ткани, служивший у нас полотенцем, вполне можно использовать, чтобы зафиксировать ступню. Ткань была слишком широкой, и я попробовала порвать её вдоль волокон, но моих сил на это уже не хватило. Пришлось бинтовать, как есть. Я крепко обмотала холстину вокруг сустава, придав ему хоть какую-то неподвижность, и стала натягивать сапог обратно на ногу. Это оказалось намного сложнее, чем снять его. Стопа отказывалась сгибаться, а при малейшем соприкосновении с грубой кожей боль стреляла так, что в глазах вспыхивали искры. Наконец я смогла натянуть обувь и поднялась на ноги. Идти стало самую малость легче. Я добрела до присмотренной палки и подняла её с земли.

Ветка была сучковатой и слегка изогнутой, но я не стала привередничать и искать другую, а оперлась на ветку и медленно побрела в ту сторону, где по моим ощущениям находился Арон.

Я старалась не опираться на раненую ногу, перенося основную тяжесть тела на толстую, сучковатую палку, но всё равно спустя несколько минут такого передвижения ступня начала ещё больше гореть и будто пульсировала от распиравшей её боли.

Арона я заметила издалека. Он полулежал, прислонившись спиной к стволу кряжистого дуба со свежим, светло-жёлтым сколом на одной из нижних веток.

- Арон, - позвала я неуверенно, потому что меня смутило нечто странное, неестественное в положении его тела. Он не откликнулся, даже не повернул голову в мою сторону. Я подошла ещё ближе и зажала себе рот рукой, чтобы не закричать.

Теперь я знала, почему так угрожающе желтел свежий скол на дереве. Арон, падая вниз, сломал ветку тяжестью своего тела, и её острый конец при ударе о землю воткнулся оборотню в левый бок. Я смотрела на Арона, кажется, он ещё дышал, потому что его грудь поднималась и опускалась, правда, движение это со стороны едва улавливалось взглядом.

Я забыла о своих ранах и побежала было к нему, но наступив на вывихнутую стопу, тут же охнула от резкой боли и осела на землю.