Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал"

— Увести! — командует Нортон. — Мы продолжим позже.

Маги, которые удерживали все это время плетения на орке, заставляют его подняться, а двое солдат размыкают кольцо из тыквы.

— У парня я таких не видел, — произносит Горвенц.

— Его надо будет осмотреть целиком, — серьезно отвечает Нортон. — Это может быть метка связи орков, а может… Это действительно заговор среди аристократии, особенно если то, что сказала Анна про Фирхомбахера — правда.

Нортон кидает на меня еще один многозначительный взгляд, но не подходит.

— Айтина, пока мы здесь, можно я еще к Мери зайду? — подходит ко мне Анна. — А капралу я все-все сказала, как ты меня просила.

— Да, я уже поняла. Это хорошо, — киваю я. — Только давай быстро, а то нам уже скоро обед готовить.

Пока Анна уходит к целителям, я хожу между больших палаток, сейчас почти пустых, потому что солдаты в основном живут в домах в деревне. Здесь же хранятся запасы продовольствия, вещей, оружия и даже дров.

Когда я прохожу мимо одной из палаток, внезапно с солдатами около входа, оттуда как раз выводят Виллению. Так вот, где ее держали.

Она замечает меня и останавливается. Я даже готовлюсь в случае чего использовать магию, но Вилления удивляет:

— Спасибо, — говорит она.

Я поднимаю брови. Неожиданный поворот. Солдат, который ее ведет, тянет дальше, но я прошу подождать.

— Я правда испугалась, — продолжает Вилления. — Когда я пугаюсь, у меня сила не работает, и все становится еще хуже.

— Да… пожалуйста, — отвечаю я.

— Я дура, просто отчаявшаяся дура, — всхлипывает она. — Хотела как лучше для себя, а теперь оказалась по уши в проблемах.

Вилления поднимает лицо к небу, пытаясь проморгаться, а потом кидается ко мне, но ее останавливает солдат.

— Пожалуйста, — бормочет она. — Пожалуйста, замолви за меня словечко перед Нортоном. Я знаю, что он тебя послушает. Видела, как он смотрит на тебя. Никогда на меня так не смотрел. Да чего там… Временная подстилка.

Я стою и не понимаю, что ей ответить. С одной стороны, у меня есть все причины на нее злиться: и в привороте подставила, и оскорбляла, и унижала. С другой, мне не доставляет никакого злорадного удовольствия смотреть на то, как Вилления передо мной унижается и умоляет.

— Я ничего не могу обещать, — пожимаю плечами. — Он генерал, и он решает.