Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал"

— На рассвете они были казнены, — жестко произносит Нортон.

Мысли то скручиваются в запутанный узел, то разлетаются во все стороны, оставляя в голове пустоту. Сложно по-настоящему обдумать то, что сказал генерал. Все же я оказалась избалована отменой высшей меры наказания. Но тут…

— Я не имел права оставлять их или куда-то отправлять. Это как лезвие ножа у шеи: стоит им сбежать или подать какой-то условный сигнал оркам, и наше преимущество испарится, — объясняет Нортон. — Я отвечаю за безопасность деревни и страны.

Нахожу в своей голове кармашек. Прячу мысли об этом туда и отравляю на самую-самую дальнюю полку.

— О нет… Этот парень с едва выговариваемым именем сейчас должен стать нашей козырной картой, пора уже нам начать переговоры.

— Когда ты собираешься написать им письмо? — спрашиваю я, не имея ни малейшего понятия, как с этими огромными серыми громилами можно вести переговоры.

— Письмо? Оркам? Да вы, должно быть, шутите, нира, — шутливо поддевает меня незнакомец, выросший на пороге кухни.

Честно говоря, больше всего хотелось остаться со своими людьми в лагере и напиться. Так, чтобы лечь и отрубиться до утра. Но нельзя. Сейчас вообще нельзя терять бдительность, потому что с учетом того, что у нас сын одного из вождей орков, от них можно ждать какой угодно пакости.

Но они остались без информатора в лагере, а, значит, либо они будут действовать наугад, либо возьмут время подумать.

Поэтому появившийся на пороге и помешавший нашему с Айтиной спокойному разговору Вард не удивил меня. Он, как обычно, одет с иголочки, даже несмотря на то, что прибыл к демонам на рога в то место, где предпочтительнее военный мундир цвета осенней грязи.

— Ты прекрасно знаешь, что у них есть те, кто может прочесть наше послание, — усмехаюсь я и встаю, чтобы поздороваться.

— Как и то, что никакого уважения к нашим словам у них нет, — отвечает он и кланяется Айтине, представляясь: — Роувард Даррел. Вас еще не сильно утомил этот чересчур серьезный солдафон?

На губах девушки появляется улыбка, а у меня появляется желание хорошенько вмазать ему, потому что мне Айтина улыбается… Слишком редко.