Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал"

Понимание того, что я сказала что-то не то, пробегает холодком по спине. Все еще хочу надеяться, что я в коме, но чуйка мне подсказывает, что чудеса случаются и то, что причудилось со мной, может обернуться сказкой с плохим концом.

— Ты готова пожертвовать собственной жизнью? Неужели ты думала, что я не узнаю? — сверкает своими ледяными глазами Родер Нортон.

Да, именно так зовут моего, кажется, все-таки мужа. Это последнее, что осознала Ариелла перед тем, как я очнулась уже тут.

Конечно, воспоминания все в таком состоянии, будто их засунули в мясорубку и хорошенько провернули, но я точно знаю, что ни я, ни Ариелла ничего из того, в чем меня обвиняют, не делали.

Потому набираю в легкие воздух, чтобы справедливо возмутиться, но меня самым бессовестным образом перебивает распахнувшаяся дверь.

— Герцог Нортон! Я требую объяснений, что вы сделали с моей воспитанницей? — раздается высокомерный голос. — Вы не имеете права скрывать!

Дракон прищуривается, давая мне понять, что не закончил разговор, разворачивается лицом к вошедшему, но остается передо мной, как будто прикрывает собой.

— Разве я что-то скрываю? — даже это ему удается сказать так, что стопроцентно понятно, кто в комнате главный.

— Вы что-то сделали с моей воспитанницей! — как будто по инерции продолжает вошедший, но осекается, встретившись со мной взглядом.

Как будто не ожидал. А что он тогда ожидал?

При виде него во мне пробуждаются те чувства, которые, похоже, испытывала Ариелла: отвращение, презрение и… дикий, почти животный страх.

Его безупречная, аристократическая внешность сочетается с до жути отталкивающим внутренним миром. Тонкие, изящные черты, седые, тщательно уложенные волосы, безукоризненный костюм и непроглядная склизкая тьма внутри.

— Моя жена всего лишь потеряла сознание во время церемонии, барон Фирхомбахер, — с ледяным спокойствием, как будто не рычал только что на меня, говорит Родер.

На лице Фила мелькает тень, как будто судорога пробегает, но он очень быстро берет себя в руки и делает вид, что безумно рад сему факту и вообще переживал за мое состояние.

— Это прекрасно, ваша светлость! Я должен благодарить богов, что они приняли этот союз, — с улыбкой говорит опекун.