И тут один из громил прорывается и до того, как его сразят, успевает ранить мага. Тот падает, и магическое плетение, которое защищало наших, рушится.
Противник, воодушевленный этим, ожесточенней напирают. Солдаты падают один за другим.
И тут во мне что-то щелкает. Я кидаюсь к дверям, выбегаю и, подхватив магический огонь ближайшего факела, с которыми пришли орки, направляю пламя на них. Вокруг как будто все пропадает. Я вижу только бой, только цели. Адреналин кипит и заглушает тонкий тихий голос разума: «Куда ты лезешь⁈ Какой из тебя воин⁈»
После огня я подхватываю нескончаемые струи воды с неба и закручиваю их вокруг нескольких орков.
Это дезориентирует их, позволяя солдатам отбиться.
Но меня, похоже, замечают. Огромный серый орк с топором неостановимой махиной бежит ко мне, одним махом откидывает двоих из мечников и заносит топор надо мной.
Мелькает мысль, что мне конец, но прямо над нами раздается сотрясающий воздух гневный рык, из темноты отделяется огромная драконья туша, а вокруг орка сжимаются зубастые челюсти.
Глава 17
Мама дорогая! Я отшатываюсь в сторону, механически взмахиваю руками и вижу, как поодаль вспыхивает пара орков. Хорошо, поняла: сильные эмоции провоцируют сильный всплеск магии.
Челюсти отшвыривают тело нападавшего на меня орка, а я ловлю на себе гневный взгляд огромного золотого глаза с вертикальным зрачком. Дракон, а я так понимаю, это именно он, издает грозный рык, от которого меня чуть не сносит, а потом взмывает в небо и врывается пламенем в ряды орков.
Я даю себе на восстановление ровно два вдоха, а потом снова подхватываю струи воды, направляя их на наступающие ряды."
"Мельком замечаю Альбу и обхожу ее магией. Пантера бьется отважно, беспощадно разрывая врагов. Но делает это так грациозно, что я даже задерживаю на ней взгляд.
С драконом на нашей стороне отступление орков оказывается неизбежным.
К утру тяжелые тучи рассеиваются, и первые лучи света падают на землю, покрытую гарью, телами павших, обломками оружия и доспехов.
Дым от пожарищ тяжело висит в воздухе, смешиваясь с запахом пороха и крови.
В остывающем от схватки воздухе висит горечь потерь и тишина. Ее нарушают лишь тяжелое дыхание воинов и стоны раненых.
Дракон превращается в человека, и я даже не удивляюсь, увидев, кто это. Его ждали к утру, он прилетел чуть позже. Муж Ариеллы и генерал, который должен положить конец этой войне.
— Собрать отряд, чтобы сопроводить орков до второй линии раздела, — командует он капралу.
