Око Мира

 — А сейчас нам пора идти.

— И не беспокойтесь, госпожа, — сказал привратник, с живостью закивав головой. — Я никого не видел. — Эвин метнулся к воротам и проворно стал закрывать створку, дергая ее на себя. — Никого не видел и ничего не слышал. — Ворота с глухим стуком затворились, и он, потянув за веревку, задвинул засов. — Вообще-то, госпожа, эти ворота уже несколько дней как не открывались.

— Да осияет тебя Свет, Эвин, — сказала Морейн.

Потом она направилась прочь от ворот. Ранд разок глянул через плечо — Эвин все так же стоял перед воротами.

Казалось, он полою плаща потирал монету и хихикал.

Путь отряда шел по немощеным улицам, где с трудом разъехались бы два фургона, прохожих не встречалось, по сторонам тянулись склады, да иногда попадались высокие деревянные заборы. Ранд шагал рядом с менестрелем.

— Том, а что там такое было про Тир и Народ Дракона? Тир — это город где-то далеко на юг, у Моря Штормов, разве не так?

— В Двуречье никто не рассказывал э-э... эти предания. По крайней мере, в Эмондовом Лугу.

Если б кто-то рассказал, Мудрая шкуру бы с него живьем спустила.

— Полагаю, из-за этого вполне могла бы, — хмуро сказал Том. Он глянул на Морейн, идущую впереди с Ланом, решил, что она его слов не услышит, и продолжил: — Тир — самый большой порт на Море Штормов, а Твердыня Тира — крепость, которая его защищает. Говорят, Твердыня — первая крепость, возведенная после Разлома Мира, и за все времена она никогда не была взята, хотя не одна армия пыталась штурмовать ее.

Одно из Пророчеств гласит: Твердыня Тира никогда не падет, пока к ней не явится Народ Дракона. Другое гласит, что Твердыня не падет до тех пор, пока Мечем-Которого-Нельзя-Коснуться не завладеет рука Дракона. — Том скривил губы. — Падение Твердыни будет одним из главных доказательств того, что Дракон возродился. Может, Твердыня будет стоять, пока я не стану прахом.

— Меч, которого нельзя коснуться?

— Так говорится. Не знаю, меч ли это вообще. Что бы это ни было, хранится оно в Сердце Твердыни — центральной цитадели крепости.

Никто, кроме Великих Лордов Тира, не имеет права входить туда, и они никогда не говорили о том, что находится внутри. Во всяком случае, уж наверняка не менестрелю.

— Твердыня не падет, пока Дракон не завладеет мечом, но как это ему удастся, если только Твердыня уже не пала? Что, предполагается, будто Дракон будет Великим Лордом Тира?

— Для этого возможностей немного, — сдержанно сказал менестрель.