Око Мира

Он попал в беду с Айз Седай, а я оказался слишком занят... другими делами. Я не знал, как поступить, а когда в конце концов попробовал что-то предпринять, было уже поздно. Несколькими годами позже Овайн умер. Можно сказать, что Айз Седай убили его. — Он выпрямился, не глядя на ребят. Голос его был по-прежнему ровным, но Ранд заметил блеснувшие на глазах Тома слезы, когда тот отвернулся. — Если мне удастся удержать вас обоих подальше от Тар Валона, то я, может, перестану тосковать по Овайну. Ждите меня здесь.

По-прежнему не взглянув в глаза ребятам, он торопливо зашагал к выходу из переулка, замедлив шаг в конце его.

Бросив быстрый взгляд по сторонам, менестрель небрежно, словно бы прогуливаясь, вышел на улицу и скрылся из виду.

Мэт привстал, собравшись идти за ним следом, затем сел обратно.

— Этого он не бросит, — сказал он, коснувшись кожи футляров с инструментами. — Ты веришь этой истории?

Ранд терпеливо присел на корточки возле дождевых бочек.

— Да что с тобой, Мэт? Ты таким никогда не был. Твоего смеха я уже несколько дней не слышал.

— Мне не нравится, когда на меня охотятся, как на кролика, — перебил друга Мэт. Он вздохнул, опершись затылком на кирпичную стену гостиницы. Даже сидя так, он казался напряженным. Взгляд его настороженно шарил вокруг. — Извини. Это бегство, и все эти чужаки, и... да и просто все. Я весь издергался. Посмотрю на кого-нибудь и не могу удержаться от мыслей, не собирается ли он рассказать о нас Исчезающему, или обмануть нас, или ограбить, или... Свет, Ранд, разве тебе все это не действует на нервы?

Ранд засмеялся — быстрый лающий смешок где-то в горле.

— Я слишком испуган, чтобы нервничать.

— Как по-твоему, что Айз Седай сделали с его племянником?

— Не знаю, — встревоженно сказал Ранд. Для мужчины ему была известна только одна возможная беда, которая связана с Айз Седай. — Наверное, не то, что с нами.

— Да. Не то, что с нами.

Какое-то время друзья, не разговаривая, сидели прислонившись к стене. Сколько они ждали, Ранд точно не сказал бы. Вероятно, несколько минут, но ему эти минуты показались часом — ожидание того, когда вернется Том, ожидание того, что в любой момент Бэртим или Гелб высунутся в окно и обвинят их в том, что они — Друзья Темного.

Затем в переулок свернул человек: высокий мужчина, капюшон плаща надвинут, скрывая лицо, и плащ его на фоне светлой улицы был черен как ночь.

Ранд с трудом поднялся на ноги, обхватив рукой рукоять Тэмова меча до ломоты в суставах пальцев. Во рту у него пересохло.