Око Мира

как я понимаю, ни один из вас не может... э-э... то, что я имею в виду, это... э-э... какие все же у вас неприятности с Тар Валоном, если вы не имеете ничего против моего вопроса?

По коже у Ранда пробежали мурашки, когда до него дошло, что было на уме у толстяка. Единая Сила.

— Нет, нет, ничего подобного. Клянусь! Нам даже помогала Айз Седай. Морейн... — Ранд, спохватившись, прикусил язык, но выражение лица Гилла не изменилось.

— Рад слышать это. Нельзя сказать, что я питаю много любви к Айз Седай, но лучше пусть они, чем.

.. чем нечто другое. — Он медленно покачал головой. — Слишком много болтовни обо всем таком — из-за Логайна, которого должны сюда привезти. Ничем не хотел обидеть, сами понимаете, но... ладно, я же должен знать или нет?

— Ничего обидного, — сказал Ранд. Мэтово бурчание могло оказаться чем угодно, но содержатель гостиницы, похоже, принял этот звук за иное выражение слов Ранда.

— Вы оба выглядите добрыми малыми, и я верю, что вы были... что вы — друзья Тома, но сейчас трудные времена и жестокие дни.

Полагаю, что заплатить вам не по карману? Мда, навряд ли. Тут почти всего нехватка, а то, чего хватает, — стоит кучу денег, поэтому я найду вам кровати, — не лучшие, разумеется, но теплые и сухие, — и чем-нибудь вас накормлю, и большего, как бы ни хотел, обещать не могу.

— Благодарю вас, — сказал Ранд, бросив насмешливый взгляд на Мэта. — Это намного больше, чем я ожидал.

— Что ж, Том — мой хороший друг. Старый друг. С горячей головой и со склонностью ляпнуть самое наихудшее из возможного той единственной особе, которой этого говорить нельзя, но тем не менее хороший друг.

Если он не появится... что ж, тогда что-нибудь да придумаем. Лучше, чтобы вы не заводили больше разговоров об Айз Седай, которые вам помогают. Я — добропорядочный подданный Королевы, но как раз сейчас в Кэймлине слишком много тех, кто не так понимает верность Королеве, и я имею в виду не одних только Белоплащников.

— Мне так начхать, пусть вороны унесут всех Айз Седай прямо в Шайол Гул!

— Попридержи язык! — накинулся на него мастер Гилл.

 — Я сказал, что не люблю их; но я не говорил, что я такой дурень, чтобы думать, будто они стоят за всем дурным. Королева поддерживает Элайду, и Гвардия стоит за Королеву. Да ниспошлет Свет, дела идут не так плохо, чтобы все переменилось. Во всяком случае, недавно кое-кто из гвардейцев забылся настолько, что обошелся грубо с народом, который, как им показалось, говорил против Айз Седай.