– Это правда, что вы сбежали туда, чтобы пожениться?
– Что? Нет! Даже и до вас дошли эти слухи? – Я едва не расхохоталась, до того нелепо это звучало. Однако сейчас нужно было сосредоточиться на деле. – Значит, Эрик имел счет в Вегасе, куда переводил деньги?
– Не собственно его счет. Он был открыт на имя одной женщины.
– Какой женщины?
– О ней ничего не известно, даже имени.
– Оригинально, – пробормотала я. – И зачем он делал это?"
"– Мы не знаем, да и что за важность? Мы просто хотим выяснить, кто проник в наш архив и выкрал документы.
– По этому поводу могу сказать одно: это точно не я. – Под ее пристальным, изучающим взглядом я вскинула руки. – Брось! Если бы я интересовалась им, то просто расспросила бы Лиссу. Или выкрала наши записи.
– Ладно. Я верю тебе, – после долгой паузы произнесла она.
– В самом деле?
– Тебя это не устраивает?
– Устраивает. Просто я не ждала, что ты так легко дашь себя убедить.
Она вздохнула.
– Мне нужно узнать больше об этих документах, – настойчиво продолжала я.
– Нужно выяснить, что это за женщина. Если бы ты могла предоставить мне другие файлы…
– Нет. – Сидни покачала головой. – Давай на этом закончим. Ты и так знаешь слишком много. Эйб хотел, чтобы я избавила тебя от неприятностей, и я это сделала, а тем самым выполнила свою часть соглашения.
– Не думаю, что ты так легко отделаешься от Эйба. Вы ведь не оговаривали, что он может обратиться к тебе только один раз?
Она не ответила, но, судя по выражению карих глаз, сама думала об этой возможности.
– Доброй ночи, Роза. Или с добрым утром. Как угодно.
– Постой! Я…
Экран потемнел.
– Проклятье!
Я резко вырубила ни в чем не повинный лэптоп.
Все, все в этом разговоре поражало – начиная с самого факта появления Сидни и заканчивая сообщением о том, что кто-то выкрал документы алхимиков, касающиеся отца Лиссы. Кому есть дело до покойника? И зачем вообще красть эти записи? Чтобы узнать что-то? Или, напротив, скрыть какую-то информацию? Правда, последнее глупо и бессмысленно, поскольку остались копии.
Чистя перед сном зубы и глядя на себя в зеркало, я снова и снова прокручивала в уме состоявшийся разговор. Зачем это было сделано? И кем? Мне и без того хватало в жизни проблем, но ко всему, связанному с Лиссой, следовало относиться серьезно. Но прямо сейчас все равно ничего не выяснить, это ясно. И я заснула с тем же вихрем кружащихся в голове вопросов.
На следующее утро я взглянула на ситуацию спокойнее, но ответов на вопросы по-прежнему не было.
