Такое нарушение равновесия быстро подталкивало к безумию и тьме.
В устремленном куда-то мне за спину взгляде Роберта снова вспыхнул отблеск мечтательности.
– Связь возникает, когда человек умирает, когда его душа покидает тело и устремляется в мир смерти. Если вернуть его к жизни, он становится «отмеченным поцелуем тьмы». На нем навсегда запечатлевается знак смерти. – Внезапно он впился в меня взглядом. – Как это произошло с тобой.
Мурашки побежали по телу, но я не отвела взгляд.
– Стригои мертвы.
Спасти стригоя как раз и означает вернуть его душу из мира мертвых в мир живых.
– Нет, – возразил Роберт. – Их души не уходят в мир мертвых. Их души застревают… либо в этом мире, либо в следующем. Это неправильно и неестественно. Именно это делает их тем, кто они есть. Вернуть его душу в нормальное состояние можно одним из двух способов: убить стригоя или спасти. Никакой связи не возникает.
– Значит, и опасности нет, – сказала мне Лисса.
– Ну да, если не считать того, что стригой раньше убьет тебя, – заметила я.
– Роза…
– Мы обсудим это позже, – решительно заявила я.
На несколько мгновений наши взгляды встретились. Потом она посмотрела на Роберта. Я по-прежнему ощущала в ней упрямство, которое мне совсем не нравилось.
– Как зачаровать кол? – спросила она его. – Я еще только учусь таким вещам.
Я хотела было снова одернуть ее, но передумала. Может, Роберт ошибается. Может, для обратной трансформации стригоя нужен только кол, зачарованный магией духа.
Роберт считает, что на это способен только пользователь духа, потому что однажды сделал это сам. Ну, якобы сделал. Кроме того, у Лиссы могли возникнуть немалые сложности еще задолго до непосредственного столкновения, в процессе подготовки кола. Если это окажется слишком трудно, она отступится.
– У одного из вас наверняка есть кол. – Роберт перевел взгляд с меня на Эдди. – Давайте, я покажу.
– Нельзя доставать кол на людях! – В виде исключения Адриан высказал здравое соображение.
– Он может показаться им странным, но они, безусловно, поймут, что это оружие.
– Он прав, – заметил Эдди.
– Можно после обеда вернуться в номер, – с мягким, доброжелательным лицом предложил Виктор.
Я внимательно вглядывалась в него, надеясь, что на моем лице любой ясно прочтет недоверие. И Лисса, несмотря на свое рвение, заколебалась тоже – любые предложения Виктора казались ей подозрительными.
