Окутанная солнцем

Увидев за ужином весело щебетавшую жену, тот был искренне рад, что не придется оправдываться за свое поведение прошлой ночью.

Трини собиралась. Папа позвонил и назначил ей встречу. Это могло говорить только о том, что он пришел к какому-то решению. И девушка не хотела опаздывать, чтобы не разочаровывать его даже в такой малости.

Она надела строгий брючный костюм бежевого цвета. Волосы скрепила на затылке, стараясь обрести деловой вид. Однако яркий цвет локонов все портил. Смирившись с этим, Тринити наложила легкий макияж.

Девушка очень надеялась, что он даст ей шанс...

Когда она появилась в ресторане, Мартин уже был там.

– Извини, я не дождался тебя и сделал заказ, – покаянно сообщил он. – Но если ты захочешь что-нибудь изменить, только скажи.

– Я верю, что ты заказал все, что я люблю, – отозвалась девушка, выжидающе глядя на отца.

Они немного помолчали. Тринити внезапно почувствовала, что в горле пересохло, и схватила стакан с минеральной водой, жадно сделав из него несколько глотков.

Мартин усмехнулся. Его дочь не любила ходить вокруг да около. Порой была слишком прямолинейна. Многому ей придется научиться, если она собирается вести семейный бизнес.

– Недавно я приобрел один разорившийся клуб. «Фортуна». Возможно, ты слышала об этом. Заведение долгое время не приносило своим хозяевам достойного дохода, и они решили продать его.

Трини насторожилась, стараясь не пропустить ни одного слова, сказанного отцом.

– Я подумал, что ты захочешь преобразовать его в доходное предприятие, принадлежащее империи Лайтменов, – с улыбкой закончил тот.

В глазах дочери засветилась радость.

– Спасибо, папа! – не сдерживая охвативших ее эмоций, девушка вскочила из-за стола и, подбежав к отцу, обняла его за шею. – Вот увидишь, ты не пожалеешь!

Они сидели в отдельном кабинете, поэтому на порыв Трини никто из посторонних не обратил внимания.

– Я верю, что ты справишься, Трини.

– Огромное спасибо, – еще раз поблагодарила та и, чмокнув отца в щеку, села на свое место, хотя ей тяжело было сдержать те чувства, которые бушевали внутри, словно не могли поместиться в ее оболочке и стремились вырваться наружу.

Трини просто лучилась оттого, что отец поверил в нее. Дал ей возможность доказать, что она тоже принадлежит семье Лайтмен.